Оплатив смехотворную для неё сумму, чуть более десяти тысяч рублей, Мария похвалила меня за мой удачный выбор, и напомнила мне, что этот ширпотреб, я должен носить только дома или, в крайнем случае, во время моей прогулки по городу, и никогда не одевать для посещения приличного общества: засмеют и задразнят. От этих слов мне стало немного грустно, представив, какое общение впереди меня ожидает, где главный критерий достойного собеседника, это то, что его карман позволяет на себя нацепить. И мне до слёз захотелось надеть на тот прием джинсы, которые уговаривала примерить Мария Алису. Но ведь не разрешит же.
Как только я уселся на свое кресло в автомобиле, сестрёнка достала покупку, и стала готовиться приладить её на законное место, то есть на мочки моих и так красивых ушек. Увидев то, на чём эта красота крепиться, и внутренне содрогнувшись, представив, как всё это пронзает моё тело, я задал резонный вопрос: а не надо ли сначала проколоть мочки ушей у медицинского специалиста, вспомнив, как в четвёртом классе моя дочка, получив соизволение свыше воспользоваться привилегиями настоящей девушки, маялась две недели, откладывая поход в поликлинику для проколки ушей. Выслушав опасения, резонно высказанные мною, Мария заявила, что бы я, не трясся, как девственница, в ожидании первой брачной ночи: у меня все сойдёт и без применения медицины, только надо, чтобы Алиса активировала режим ношения серёжек.
Получив мое подтверждение, что всё в порядке и можно начинать, она, как будто это был кусок поролона, а не мои уши, в течение десяти секунд, присобачила мой изумрудный выбор на предназначенное ему место. Посмотревшись в зеркало заднего вида, и то, что я в нём увидел, неожиданно для самого себя, доставило мне полное эстетическое и моральное удовольствие: эта покупка здорово сочеталась с цветом моих глаз, и всё вместе смотрелось, как полный отпад. Почему я раньше не подумал о серёжках? Ведь у всех знакомых мне женщин и девушек, да и просто встречных, они обязательно присутствовали. Та же Мария носила их постоянно, меняя чуть ли не каждый день. Себя же видя в зеркале, мне не приходило в голову то, что у меня, как и у всех девушек моего возраста, серёжки обязательно должны присутствовать, а значит, моё сознание не отождествляет меня со своими сверстницами. Сложный вопрос. Будет свободное время, вдумчиво обсосу его по пунктам.
Когда мы уже ехали дальше, я задал Марии мучавший меня вопрос: почему этим надо было заниматься именно сейчас, в машине, а не раньше и не позже, на что она, не снижая бешеную скорость, ответила:
— Понимаешь, до того момента, как у тебя проснулась в сознании Алиса, и появился канал управления доспехом бога, все это было делать бессмысленно: вспомни твой первый опыт с защитными системами. Твоё тело, по отношению, к угрожавшему ему ножу, становилось голограммой в точке соприкосновения, и прекращало всякое взаимодействие с ним. Тоже было бы и с серёжками, попытайся я ими проткнуть мочку твоего уха, это воспринималась бы, как агрессия, и стоило бы мне отпустить руку, то они упали бы, словно я отпустила их из рук в воздухе. Можно было попробовать клипсы, но не факт, что получилось бы, а так как они сейчас не в моде, то этот вариант отпадал сразу. После включения через Алису специального режима, доспех делает для твоих сережек как бы исключение. Со своей этой защитной возможностью, при определенных навыках, ты запросто можешь ходить сквозь стены, но после этого прохода, за стеной, будешь находиться, в чем мать родила, хотя эта фраза к тебе точно не относиться, и тем более, есть более удобный способ: порталы. А на вопрос, почему не позже: ты начинаешь сейчас активно общаться с окружающими людьми, и твоё отличие от определённого стереотипа поведения, будет добавлять окружающим ненужное толкование.
Когда я выходил из машины в магазин, то видел, что Мария достала свой смартфон и начала набирать номер из памяти, а сейчас же, при подъезде к Шереметьеву, моё внимание привлек, стоящий у обочины человека, в форме сотрудника аэропорта, который, заметив нашу машину, приветливо махнул рукой. Сестренка, увидев его, резко сбавив скорость, остановилась, чуть не доезжая, вышла из машины и, дождавшись, когда он подойдёт, протянула руку, для рукопожатия, что он с почтением сделал и проговорил:
— Все в порядке, Мария Алексеевна! Самолет, с лучшем в нашем авиаотряде экипажем, готов к вылету по первому вашему требованию. Все документы оформлены и подписаны. Ждём только вас с сестрёнкой. Мое почтение Миледи — сказал он, увидев меня. Затем, открыв заднюю левую дверь, и галантно подав сестре руку, сотрудник аэропорта помог ей сесть на заднее сидение. А затем закрыв за дамой дверь, сам сел за руль, и мы поехали дальше.
