По дороге Отнорт пригласил меня расположиться в особняке графа Лекартуз, говоря, что хозяин одного из красивейших городских владений, будет просто счастлив, пожать руку достойному дворянину шевалье Максиму, фактически спасшего его любимую жену из рук настоящих разбойников. Он, капитан его гвардии, как истинный дворянин расскажет графу все подробно, не соврав, описывая мой подвиг. Лекартуз же, как человек приближенный к королю, в знак благодарности, будет мне очень полезен в налаживании связей с лучшими и влиятельными жителями Столицы. Святая простота! Этот капитан, так ничего и не понял. И как его раньше не сожрали? Ведь он честен и правдив, до неприличия. Сославшись на свою стеснительность, пообещал, что нанесу визит вежливости, чуть позже, как только устроюсь и приведу себя в порядок. С тем мы и расстались.
Спустившись на землю с гвардейского коня, наотрез отказавшись принять его в подарок, я пожал на прощанье руки Отнорту и Стику. Затем, отвесив изысканный поклон в сторону кареты, провожаемый из неё взглядом взбешённых женщин, шевалье Максим, походкой советского туриста, впервые попавшего на запад, постоянно поворачивая голову во все стороны, потопал от места, назревающих для меня больших неприятностей. Кто знает, что могут отмочить в последний момент, две разгневанные бабы, которые заключили между собой кровавый союз, с целью отомстить молодому засранцу, который посмел оскорбить их своим поведением, до глубины души. Я понимаю их достаточно хорошо, потому-что сейчас, по воле судьбы и Наблюдателя, тоже девушка, а значит принадлежу всеми внутренними потрохами, к этому, тиранящих всех ненавистных им мужиков, из за своих амбиций, бабскому роду племени.
Завернув за угол, и убедившись, что стал фактически не виден для своей бывшей компании, резко изменил своё поведение. Перестав осматриваться и сразу прибавив ходу, я поспешил поскорей затеряться среди узких улочек. Поймав за ухо праздно шатающегося господина, лет так семи, приезжий шевалье поинтересовался у него, не желает ли он, особо не напрягаясь, заработать пяток медяшек. Малолетний денди проинформировал меня: за это огромное состояние, он готов совершить, почти любые противоправные действия. Успокоив его тем, что моя просьба не поссорит его с законом, я только попросил проводить его мою персону, до недорогой, но приличной гостиницы, расположенной, как можно дальше от центра города. В ответ на эту просьбу, юный "Сусанин" обещал проводить меня в любой названный мною город, но харчи, и суточные в сумму оплаты, естественно, не входят.
Парень действительно оказался хорошим гидом и буквально через сорок минут мы стояли перед гостиницей средней руки, с навивавшем, на меня ностальгию, названием: Лев и кастрюля (название из книги Табачный капитан). Как будто снова окунулся в своё дальнее детство. Видно независимо от расположения мира, шарики в мозгах у людей, крутиться в одну сторону. Получив честно заработанные монеты, мой провожатый заявил: что его зовут Гай, и если понадобиться его помощь, то пусть я только свисну, и он будет тут как тут. Спросив многоуважаемого Гая, известно ли ему понятие время, и получив утвердительный ответ, предложил навестить это место завтра, часиков так в двенадцать. Возможно к этому времени у меня для него будет работа по профилю, а расценки он знает. Проводив его взглядом, наблюдая, как он чешет по своим делам, я вошел внутрь. Гостиница была, на порядок лучше тех, в которых мы останавливались по пути суда, но недостаточно хороша для знати. Здесь останавливались парни, вроде меня, купцы, состоятельные военные. Гай хорошо знал своё дело: это было именно то, что мне было нужно, и находилась она на окраине города, недалеко от одних из ворот.
