— У тебя бутылки есть? Жизнь надо восстанавливать, — посоветовал мне Геродот, выпивая зелье. Я последовал его примеру.
— Заклинания не тратил?
Я помотал головой.
— Отлично! — улыбнулся он. — Через несколько минут главный должен появиться.
Он достал пару зелий черного цвета и выпил оба залпом.
— Временное повышение защиты и атаки, — ответил он на мой вопросительный взгляд — Теперь смотри. Я буду сдерживать разбойника, он агриться на меня будет в основном. Ты мочи его заклинаниями. У тебя бутылки маны есть?
— Не-а, — признался я.
— Открой обмен.
Я нажал на кнопку обмена, и в инвентаре у меня что-то прозвенело. Посмотрев его, я увидел две бутылки с темно-синей жидкостью.
— Во время боя не жалей заклинаний. Ману восстанавливай. Но старайся делать это, когда она у тебя в ноль упадет. Должны справиться.
— Спасибо… я потом отдам…
— Да ладно! — махнул он рукой. — Было бы о чем говорить! Главное — этого главгада завалить.
— Так-так-так… — Полог одной из палаток отодвинулся, и перед нами появился последний враг. Он был одет в легкую пластинчатую кольчугу, оставлявшую открытыми руки и ноги. На голове красовался шлем с высоким гребнем. В руках — длинный меч и большой щит.
— Хм… — Он задумчиво посмотрел на нас. — Значит, это вы моих ребят порешили… — Выражение его лица стало злым. — Я, конечно, их еще наберу, но к ним уже успел привыкнуть. Так что придётся вас наказать…
Он взмахнул мечом и бросился на стоявшего впереди Геродота. Тот отбил его выпад щитом и нанес ответный удар, который противник отбил играючи. Закипел бой, который, на мой взгляд, состоял только из тупого осыпания друг друга ударами. Но что-то я увлекся. Я так же, как и в бою с шаманом, стал по очереди использовать заклинания, но в этот раз стараясь понять, какое из них будет более эффективным.
Начал, как всегда, с адского пламени. Огненная аура, охватившая главаря разбойников, сработала превосходно, сняв пять процентов его здоровья. Решив больше не экспериментировать, я начал повторять это заклинание. Учитывая, что на каждое заклинание первого круга требовалось 20 единиц маны, я в первом же раунде нашей битвы неплохо помог напарнику.
Сам Геродот, пользуясь тем, что после каждого моего заклинания главарь замедлялся и практически раскрывался, лупил мечом в этот момент что есть силы. Подобная тактика работала эффективно, и когда я выпил первую бутылку маны, полоса жизни у нашего противника была жёлтой и стояла на середине. Половину мы уже сняли. При этом я сумел заметить, что мой напарник уже выпил не менее четырех зелий жизни.
Так мы и продолжили, но вот когда полоса нашего противника стала красной, и я выпил вторую бутылку маны, решив, что мы теперь легко завершим этот бой, разбойник преподнес нам сюрприз.
Во-первых, новая моя атака адским пламенем практически не нанесла ему урона. Вспыхнувшая зеленоватым светом пластинчатая кольчуга противника легко отразила её. Он сразу резко контратаковал, одним ударом сняв практически все очки жизни у моего напарника. Геродот выпил бутылку и бросил на меня злой взгляд.
— Это последняя! — крикнул он. — Если улечу на возрождение, добей его! — И с этими словами бросился в атаку.
Я скастовал «Ветер» и «Дрожь земли». Главарь, сбитый с ног, покатился по песку, пропустив еще два удара. Увидев его багровую линию жизни, я решил, что мы победили, но последний удар Геродот нанести не успел, главарь как-то извернулся, и его меч вошел в живот моего напарника. Тот растаял в воздухе, а противник, резко вскочив на ноги, бросился на меня.
На последнюю ману я бросил в него еще один «Ветер» и «Тайфун», окончательно обнулив свои запасы. Отлетевший в сторону враг, даже несмотря на добавившие ему урона заклятия, к моему огромному разочарованию, не умер. Он вновь поднялся, и теперь мне пришлось вступить в ближний бой. Мне помогло, что моя жизнь оставалась полной. Даже смертельно раненный, разбойник на последнем издыхании сумел сделать ее желтой, пока, наконец, удар посоха не заставил его растаять. Тяжело дыша, я опустился на песок. Сердце билось со страшной силой. Да… адреналин явно зашкаливал. Вот это бой так бой!
— Негусто… — проворчал я, — для такого-то сложного квеста…
— Нормально…
О, это появился Геродот, подобравший оставшийся после его смерти кокон.
— Тут награда не особо, зато лут должен быть шикарным! — успокоил он меня.
И он оказался прав…
Помимо пяти сотен драхм, которые мы честно разделили пополам (причем я попытался заплатить своему напарнику за бутылки маны, но тот просто отмахнулся от меня, заявив, что все это мелочь, и, мол, при случае я также ему помогу), из предметов нам достались посох, четыре меча, три лука и несколько бутылок жизни и маны.
