— Тогда работаем, как решили, — рубанул майор рукой воздух. — Но с небольшими уточнениями. Значит, сейчас из крайнего фургона все барахло перекидываете в повозку с травой. Потапыч, ты ее возьмешь себе, ставь, как решили, ну, и как там тебе удобнее. В освободившийся фургон складываем тела, ставим его примерно напротив пулеметной. Значит, Шелли, слушай сюда, если что непонятно — сразу переспрашивай. Твой фургон, ну, который с лежаками, мы поставим сейчас первым. Ты с самого рассвета будешь находиться в нем, либо еще где, но чтобы могла быстро выбраться на козлы. Я буду постоянно рядом с тобой, помогу. Когда появятся упыри — покажешь им амулет, бумаги я сам отдам. Ты к ним старайся вообще не приближаться. Если они потребуют, чтобы мы показались, громко крикнешь, мы к тебе подойдем. Но дави, что нам надо работать, не проси, чтобы нас отпустили. Как их главный согласится, так сразу и крикнешь, мол, идите, работайте дальше. Ясно?
Я кивнула, пока действительно все было понятно.
— Значит, дальше, когда попросят показать трупы — отправишь меня показывать. Ну, скажешь что-нибудь типа: «Мой слуга проводит». Теперь, пожалуй, самое важное. Мы будем молчать, только если там чего жестами покажем. Кто их, ваших упырей, знает, еще прицепятся к неизвестному языку. Или еще хуже, у них такая же игрушка, как у нас, окажется. Как я уже сказал, мы все будем молчать. Как только услышишь мой голос, сразу же, немедленно, я повторяю, немедленно, с максимально доступной тебе скоростью упадешь обратно в фургон. Может, матрасы с лежаков на пол стащим, чтобы тебе не жестко было падать, или еще чего-нибудь придумаем. Как спрячешься внутрь — лежи на полу и не шевелись. Ни в коем случае не поднимайся с пола, даже на четвереньки лучше не становись, иначе мы можем случайно тебя зацепить. Поняла? Встать можно будет только тогда, когда с тобой кто-то из нас заговорит.
Я опять кивнула. Как все у них сложно. Я, конечно, на воина не училась, но как-то считала, что главное ввязаться в драку, а потом выиграет тот, кто лучше умеет владеть оружием, ну и вообще, быстро оценивать обстановку и реагировать на ее изменения. Но вот так вот, когда даже предполагаемую драку, которая скорее всего и не состоится, шаг за шагом планируют, стремясь предусмотреть абсолютно все… Как-то очень непривычно.
— Замечательно, — продолжил майор, убедившись, что я поняла. — С тобой пока все. Значит, Стингер, Комар, я сначала поведу кровососов к повозке с трупами. Если что — постараюсь сбить их с ног и запрыгну на эту телегу. Лупите по ногам. Тирли, ты страхуешь фургон с Шелли, ну и если кто-то из сектора огня Потапыча умудрится выскочить. Волосатик, ты патронов не жалей, не давай им подняться…
— Да на такой дистанции их в клочья порвет, командир, — пробасил здоровяк.
— Все равно. Да, еще возьмешь «калаш» Шестого, прорежь там дырку в тенте, что ли. Если вдруг появится возможность — тоже меня подстрахуешь. Но не отвлекайся. Твоя главная задача — передний сектор. После фургона я их отведу к телам упырей, немного передвинем, чтобы гарантированно под огонь попадали. Да, Стингер, проверь там все карманы, выгреби оттуда вообще все. И еще, ножом поорудуй, чтобы на первый взгляд никаких сомнений не возникло, что их холодняком уложили. Одежду тоже порежь, чтобы одни ошметки остались. По сигналам: рации ставим на голос, если я несколько раз молча нажму на тангенту — внимание, если что скажу голосом, все равно что, значит, спалились, работаем на поражение. Дальше, Шестой, ты примерно за час до рассвета вместе со мной заступишь в дозор. И будешь сидеть в нем до упора. Да, Шелли, они точно утром приедут?
— Ну, не точно, но где-то так, — пожала я плечами. — Где-то в течение первой стражи должны появиться…
— Э-м, стража это сколько? — уточнил майор.
— Ну стража это стража, — тут я запнулась, вот так с ходу не получалось объяснить очевиднейшие вещи. — Сутки делятся на восемь равных частей, четыре ночных стражи, четыре дневных. Вторая дневная заканчивается примерно тогда, когда солнце находится в высшей точке небосклона. Ну, первая начинается примерно с рассветом. В городах есть специальные устройства, стражебои, которые уже точно отмеряют время, но в дороге приходится ориентироваться так, на глазок, по солнцу. Каждая стража в свою очередь делится на десять малых страж.
— Ага, ясно, — майор на мгновение задумался, — значит, ваша стража — это где-то три с половиной наших часа. Рассветет у нас завтра, — тут майор посмотрел на какое-то маленькое круглое устройство у себя на левом запястье, — значит, сейчас у нас тринадцать ноль-ноль по нашим часам, рассвет будет примерно в четырнадцать тридцать — пятнадцать ноль-ноль следующего дня. Тогда да, за час до рассвета мы с Шестым заступаем на фишку.
