Начало опричнины полностью

³¹¹ См. В.О. Ключевский. Боярская дума древней Руси. 5-е изд. М., 1919. С. 311–327; И.И. Смирнов. Очерки. С. 150–151.

³¹² См. С.В. Бахрушин. «Избранная рада» Ивана Грозного // Исторические записки». Т. 15. С. 32.

³¹³ ПСРЛ. Т. XIII. С. 525.

В аналогичной ситуации Василий III «призва» к себе «боляр своих избранных и дьяков и повеле писати духовную грамоту и завет о управлении царствия сынови своему и наследнику» (см. ПСРЛ. Т. XXI, ч. 2. С. 612).

³¹⁴ ПСРЛ. Т. XIII. С. 238.

³¹⁵ Помимо А.Ф. Адашева, Курбский называет следующих «мудрых советников» и членов Избранной рады: И.В. Большого, Шереметева, М.Я. Морозова, князя Д.И. Курлятева (см. Курбский. История // РИБ. Т. XXXI. С. 295, 309, 280).

³¹⁶ В ближнюю думу входили два старших удельных князя, Мстиславский и Воротынский. Мстиславский был человеком совсем молодым. До него членом ближней думы был, по-видимому, Д.Ф. Бельский, родня царя, старший и наиболее влиятельный из удельных князей.

И.И. Смирнов справедливо считает членами ближней думы Д.Р. и B.М. Юрьевых. Противоположной точки зрения придерживаются C.В. Бахрушин и А.А. Зимин (см. И.И. Смирнов. Очерки. С. 192; С.В. Бахрушин. Избранная рада. С. 37; А.А. Зимин. Реформы. С. 319). В летописных рассказах Захарьины упоминаются в конце перечня ближних людей и как бы отдельно от них. Это объясняется тем, что приведенные летописные известия, заключенные в приписках к летописи, были составлены в 60-х гг., в период правления Юрьевых. Составитель приписок, возможно, желал подчеркнуть то обстоятельство, что братья царицы Захарьины-Юрьевы занимали особое место в правительстве уже в 50-х годах.

И.И. Смирнов и А.А. Зимин привлекают для решения вопроса о ближней думе некоторые косвенные данные. Так, И.И. Смирнов отмечает, что в 1555 г. митрополит в беседе с литовским гонцом мимоходом упомянул о том, что царь пошел против татар, а «бояре государьскые, ближняя его дума, все с ним». По разряду 1555 г., в свите царя было по крайней мере 20 членов думы от бояр до дьяков. Разрядный список не совпадает с приведенным выше списком «ближней думы» (см. И.И. Смирнов. Очерки. С. 151–154). И.И. Смирнов и А.А. Зимин используют для характеристики «ближней думы» также список бояр, подписавших приговор о разбойных делах 1555 г. (см. И.И. Смирнов. Очерки. С. 153; А.А. Зимин. Реформы. С. 319). На основании приговора А.А. Зимин делает вывод о том, что в ближнюю думу, возможно, входили бояре Ю.М. Булгаков, И.И. Пронский, В.С. Серебряный и т. д. Такое предположение представляется нам неосновательным. Ни поход царя против татар 1555 г., ни решение дел о разбойниках не относились к тем случаям, которые требовали присутствия всей ближней думы. Замечание митрополита об отсутствии в Москве ближней думы было продиктовано дипломатическими соображениями, поэтому понимать его буквально не представляется возможным. Тем более что в Разрядах мы не встречаем ни одного случая, когда бы в походной свите царя находились все ближние бояре, и только ближние бояре.

³¹⁷ Как первый боярин кн. Д.Ф. Бельский командовал всей русской армией во время похода на Казань зимой 1547–1548 гг. и руководил осадой Казани в феврале 1550 г. От имени Бельского было составлено обращение к литовскому правительству, когда в январе 1549 г. Боярская дума решила вызвать в Москву литовских послов. Имя Бельского значится первым в списке тысячи «лучших слуг», датированном октябрем 1550 года (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 156, 160; Разряды, лл. 165, 166 об, 169, 172. 176, 179 об; Сб. РИО. Т. 59. С. 266; ТКТД. С. 54).

³¹⁸ Бельские покровительствовали своим сородичам – гедиминовичам Патрикеевым, из рода которых происходила также кн. Е. Хованская-Старицкая. В конце 30-х гг. кн. И.Ф. Бельский добивался боярства для кн. Ю.М. Голицына, чем навлек на себя вражду Шуйских. В 1542 г. Шуйские подвергли гонениям кн. П.М. Щенятева, шурина кн. И.Ф. Бельского и его главного советника (см. ПСРЛ. Т. ХIII. С. 432, 439).

Тесные узы дружбы связывали Бельских с семьей Старицких. И.Ф. Бельский в чине тысяцкого распоряжался на свадьбе А.И. Старицкого в 1533 году. В ближайшие годы оба удельных князя подверглись заключению. Вернувшись из ссылки (июль 1540 г.), кн. И.Ф. Бельский немало способствовал освобождению Старицких. В декабре 1540 г. Старицкие были выпущены из «нятства» и получили свой старый двор, захваченный ранее Шуйским. Спустя год им было возвращено удельное княжество (см. ДРВ. Т. XIII. С. 20; т. XIII. С. 135, 439).

³¹⁹ После свадьбы царя с Анастасией Романовы получили из казны громадные земельные владения (см. ДДГ. С. 443).

³²⁰ Правда, в местническом отношении Д.Р. Юрьев занимал сравнительно невысокое положение. В Казанском походе он довольствовался скромным постом второго воеводы передового полка в армии кн. А.Б. Горбатого (см. Разряды, л. 187 об; ПСРЛ. Т. XIII. С. 210, 221; Сб. РИО. Т. 59. С. 370).