Начало опричнины полностью

⁵⁸⁷ Курбский. История // РИБ. Т. XXXI. С. 263. В 30-х гг. старец Мисаил Сукин был одним из ближайших сподвижников боярина М.Ю. Захарьина. Мисаил не отходил от постели больного Василия III до самой кончины. Он приготовил для него иноческое платье, а затем «наряжал» его на смертном одре (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 410–415). Ближайшей родней Мисаила были Ф.И. и Б.И. Сукины. Много позже оба брата дали на помин души своего «сродича» 200 рублей в Кирилло-Белозерский монастырь (см. Н.П. Лихачев. Разрядные дьяки. С. 217).

⁵⁸⁸ По Курбскому, царские угодники пригласили на собор некоего старца Васьяна «беснаго по истинне реченнаго, неистового» (см. Курбский. История // РИБ. Т. XXXI. С. 263). Некоторые исследователи пытались отождествить «беснаго» Васьяна с известным осифлянином Вассианом Топорковым (см. А.А. Зимин. Пересветов. С. 49). Однако уже А.Н. Ясинский отметил тот факт, что Курбский называет «беснаго» Васьяна «мнихом», а Топоркова епископом (см. А.Н. Ясинский. Сочинения князя Курбского как исторический материал. Киев, 1889. С. 156). Топорков «наквасил» царя «прелютостию» во время свидания с ним летом 1553 года. О позднейших грехах Топоркова Курбский не обмолвился ни словом. Топорков был глубоким старцем к началу 50-х гг. и до собора 1560 г. едва ли дожил.

Вопрос о личности Васьяна может быть решен лишь предположительно. Искать его следует среди монахов, наиболее преуспевших после собора. Ко времени опалы Сильвестра произошла смена властей в Кирилло-Белозерском монастыре. Ставленник Сильвестра игумен Феоктист был сослан к августу 1560 г. простым священником в Псково-Печорский монастырь, а его место занял некто Васьян, до того кирилловский уставщик (см. С.М. Каштанов. Хронологический перечень иммунитетных грамот XVI века // Археографический ежегодник за 1960 год. Изд. АН СССР, М., 1962. С. 154, 157; Псковские летописи. Т. II. С. 239; Вкладные книги Кирилло-Белозерского монастыря. ГПБ им. М.Е. Салтыкова-Щедрина. Отдел рукописей. Кир. – Бел., 78/1317, л. 46 об). Добавим, что еще при Василии III в Кириллов в опале был сослан и пострижен под именем Васьяна сын окольничего Юрла Плещеева (Родословная книга. Т. I. С. 299–307). Васьян Юрлов приходился двоюродным дядей А.Д. Басманову. У Курбского одно имя Басмановых-Плещеевых вызывало самое крайнее раздражение. Курбский не скупится на бранные эпитеты, когда речь заходит о Плещеевых. Совершенно таково же отношение его и к «бесному» Васьяну.

⁵⁸⁹ Чудов монастырек приобрел первостепенное значение лишь в правление Левкия. До него это был «яко един от убогих… монастырей», при Левкии же он «сравняся всяким благочинием с великими обители» (см. Послания Ивана Грозного. С. 1 73). Левкий бессменно управлял обителью более десяти лет (упоминается в 1555 г., 1565 г. и др.). Он был одним из главных клевретов царя Ивана и неизменно поддерживал все его распоряжения. «А за советом любимых твоих ласкателей и за молитвами Чудовскаго Левки и прочих вселукавых мнихов, – что добраго и полезнаго и похвальнаго… приобрел еси?» – с сарказмом вопрошал царя князь Курбский (см. Курбский. История // РИБ. Т. XXXI. С. 269).

⁵⁹⁰ Царь щедро наградил троицких старцев за их преданность. Спустя месяц-два после собора он возвел старого троицкого игумена Елевферия в сан архимандрита и «повелеша ему служити в шапке и место учиниша его в Русском государьстве выше всех архимандритов» (см. ПСРЛ. Т. XIII. С. 331). В том же году Троицкий монастырь получил жалованную грамоту с рядом привилегий (см. С.М. Каштанов. Указ. соч. С. 157).

⁵⁹¹Курбский. История // РИБ. Т. XXXI. С. 264. Царь срочно послал в Юрьев одного из ближних дворян, чтобы расследовать обстоятельства смерти Адашева, поскольку явились подозрения, что опальный правитель покончил жизнь самоубийством (см. Описи царского архива. С. 43).

⁵⁹² Петр Туров участвовал в приеме послов в Кремлевском дворце в декабре 1559 г. и январе 1560 г. (Сб. РИО. Т. 59. С. 594, 600). Затем всякие сведения о нем прекращаются.

⁵⁹³ Ко времени опалы И.Г. Выродков находился в Астрахани и в качестве астраханского воеводы ведал нагайцами. В ноябре 1560 г. царь сообщил правителям Ногайской орды, что «наложил опалу» на Выродкова и велел держать его «скована» в тюрьме, а весною отвезти в Москву (см. Е.Н. Кушева. Политика Русского государства на Северном Кавказе в 1552–1572 гг. // Исторические записки. Т. 34. С. 264).

⁵⁹⁴ Дьяк И.Е. Цыплятев участвовал почти во всех дипломатических переговорах с Литвой 1549–1558 гг. Как главный разрядный дьяк он сопровождал царя в походе 1559 г. (см. Сб. РИО. Т. 59. С. 269; Разряды, л. 260). После падения Адашева Цыплятев подал в отставку и постригся в Кирилло-Белозерском монастыре под именем Евфимия (см. Кирилловская вкладная и кормовая книга. ГПБ им. Салтыкова-Щедрина. Отдел рукописей. Кир. – Бел., № 78/1317, л. 83 об).

⁵⁹⁵ Вместе с Курлятевым в Смоленск попал сын Сильвестра дьяк Анфим, ранее служивший в столице в Казенном приказе (см. Сб. РИО. Т. 71, стр. 23, 47).