При зачислении в государев удел каждый опричник клятвенно обещал разоблачать опасные замыслы, грозившие царю, и не молчать обо всем дурном, что он узнает. Опричникам запрещалось общаться с земщиной. Удельные вассалы царя носили черную одежду, сшитую из грубых тканей. Они привязывали к поясу у колчана со стрелами некое подобие метлы. Этот их отличительный знак символизировал стремление «вымести» из страны измену1121.
Система опричного управления в значительной мере копировала систему управления земщины.
По мнению А.А. Зимина, особенно важную роль в формировании опричного аппарата сыграл государев дворец, вошедший в опричнину со всеми своими учреждениями1122. Приведенное мнение вызывает известные возражения, поскольку в опричнину не вошли два главнейших учреждения дворцового аппарата: Большой дворец боярина Н.Р. Юрьева и Конюшенный приказ боярина И.П. Федорова-Челяднина1123.
Опричный Дворцовый приказ был сформирован заново из лиц, прошедших самую строгую проверку. Специальные опричные ведомства расследовали прошлое дворцовой прислуги, ее родственные связи и т. д. В царском архиве «анкеты» дворовых, входивших во Дворец, занимали отдельный ящик: «ящик 200, в нем сыски родства ключников, и подключников, и сытников, и поваров, и хлебников, и помясов, и всяких дворовых людей»1124.
Опричный Дворец имел традиционную структуру и подразделялся на три «дворца» – Сытный, Кормовой и Хлебный1125. В соответствии с указом об опричнине царь приговорил «на дворцех, на Сытном и на Кормовом и на Хлебенном учинити клюшников и подклюшников и сытников и поваров и хлебников, да и всяких мастеров и конюхов и псарей и всяких дворовых людей на всякой обиход»1126. Как можно заключить из текста указа, из всех дворцовых ведомств только Большой дворец получил четкую организацию с первых же дней существования опричнины. Прочие отрасли дворцового управления не были дифференцированы. Вероятно, в силу своей малочисленности взятые в опричнину мастера (оружейники и пр.), конюхи, псари, истопники первоначально не были организованы в особые приказы – «дворцы». Только в конце опричнины, когда государев «двор» сильно разбух, опричные «дворцы» Бронный, Постельный и Конюшенный отпочковались от общего дворцового ведомства опричнины. Невзирая на это обстоятельство, такие дворцовые чины, как оружничий, постельничий, ясельничий, вошли в опричнину с самого момента ее организации. Объясняется это двумя моментами. Во-первых, все названные чины по должности были тесно связаны с обслуживанием царской семьи. Во-вторых, в опричнине эти чины становятся простым атрибутом думного дворянства, а следовательно, связь их с соответствующими дворцовыми приказами постепенно становится номинальной1127.
Наряду с Дворцом в опричнине образуется ведомство казначеев и некоторые другие приказы, копировавшие параллельные земские учреждения. Организованная в опричнине лестница чинов включала «дворецкого, и казначеев и дияков и всяких приказных людей»1128.
Опричная Казна была пополнена посредством прямого ограбления земщины. В связи с отречением от престола царь вывез в Слободу всю государственную казну, золотые и серебряные слитки, сосуды и т. д. По возвращении на государство он вернул часть сокровищ (серебряные «суда» и т. д.) земской Казне, но одновременно наложил на земщину громадную контрибуцию1129. «За подъем же свой, – значилось в летописи, – приговорил царь и великий князь взяти из земского сто тысяч рублей»1130. Фактически вся тяжесть расходов, связанных с организацией опричнины, была взвалена на плечи земщины.
В ведении опричных казначеев находилась Четверть, или Четвертной приказ, один из главных финансовых органов опричнины. Четверть непосредственно осуществляла сбор «кормленых окупов» и других платежей в северных уездах опричнины1131.
Опричнина имела обширный поместный фонд и многочисленную армию. Поэтому ее приказные ведомства неизбежно должны были осуществлять функции, аналогичные функциям земского Поместного и Разрядного приказов, а иногда и Посольского приказа, поскольку опричное правительство нередко вело самостоятельные дипломатические переговоры с иностранными послами. Круг дел опричной администрации был весьма широк. Тем не менее опричнина не обладала столь разветвленным и сложным аппаратом, как земщина. Функции различных ее ведомств не были дифференцированы. Сплошь и рядом опричные дьяки по очереди исполняли самые разнообразные поручения.
Царь не доверял приказной бюрократии старой формации. Поэтому почти никто из приказных чиновников, получивших дьяческий чин при Адашеве, на первых порах в опричнину не попал. Самыми видными дьяками в опричнине были П. Григорьев и Д. Володимеров. Ко времени падения Избранной рады Григорьев служил в подьячих. В Полоцком походе он числился дьяком, но был записан в дьяческом списке одиннадцатым1132. Личность дьяка Д. Володимерова вызывает в литературе разногласия1133.
