— А ну цыц! — прикрикнул на него Рег. — Расскажи теперь свою версию происходящего, не срываясь на крики и обвинения. А потом мы проводим тебя в медпункт.
— Я ничего ни у кого не крал, — всхлипнул Соул. — Я увидел, что на столе в гостиной лежат листы с набросками домашней работы. Я не знал, что так получится!
— То есть ты, не спросив разрешения, не поинтересовавшись даже, кто владелец, просто списал и оставил все как есть? Что это, если не воровство? Если хочешь что-то сделать не совсем законное, нужно делать это так, чтобы никто не узнал. Я думаю, свою порцию наказания ты уже получил. Кто-нибудь уберите его с глаз долой, желательно в направлении медпункта, — проговорив это, Регган вновь обратился ко мне.
— Ну что, герой уличных боев, успокоился?
— Нет, — я отвернулся от него и теперь рассматривал стену.
— Ладно, Нейман, я сейчас схожу и поговорю с профессором Бретт. — Наконец взял слово Лео. — А еще лучше, вынесу это на педсовет, который будет проходить сегодня.
— Не надо, — буркнул я.
— В смысле? — хором воскликнули Рег и Лео.
— Не надо ни с кем говорить. Я понял, какое отношение ко мне абсолютно всех за очень малым исключением в этой проклятой школе. Хоть говори, хоть не говори ничего от этого не изменится. Извините меня, но больше я не приложу ни грамма усилий, чтобы кому-то угодить. — Не глядя ни на кого, я быстро поднялся к себе в комнату и закрыл дверь на ключ. Затем разделся и забрался под одеяло. Надоело все. Уже засыпая, я вспомнил, что обещал позаниматься вместе с Рейном.
Резко распахнув глаза, я целых пять секунд смотрел в потолок, а затем подорвался с кровати и принялся одеваться.
Собрался я быстро и за рекордное время домчался до пустого класса, который мы облюбовали для совместных занятий. Кинув на стол толстенные книги, которые вручил мне Фолт, перед опешившим Рейном, я некоторое время стоял, пытаясь справиться с одышкой.
— Я думал, ты уже не придешь, — глядя на книги, тихо сказал он.
— Еще чего, — усмехнулся я. — Я просто немного заигрался в детектива, выводя преступника на чистую воду, и не обратил внимания на время.
— Все-таки Соул? — Рейн оторвал взгляд от книг и внимательно посмотрел на меня.
— Конечно, ты же у нас эриль — ты не мог ошибиться, — похлопал его по плечу я и уселся рядом с ним за парту.
Рейн продолжал молча меня разглядывать, мне даже стало как-то не по себе под его пристальным проницательным взглядом. Наконец я не выдержал и повернулся к другу лицом.
— Что?
— Дей, а ты всегда так одеваешься в неформальной обстановке? — я увидел, как Рейн прикусил губу, чтобы не заржать, а в его светлых глазах замелькали веселые искорки.
Я очень медленно посмотрел на себя и, не удержавшись, грязно выругался. Когда я одевался в очень быстром темпе, я в общем-то хотел надеть свою старую рубашку в крупную клетку, потому что в этом проклятом замке холодно, а моя рубашечка такая мягонькая, такая тепленькая… Но кто-нибудь мне объяснит, за каким грибом я напялил ее на голое тело, а поверх набросил не застегивая белоснежную шелковую рубашку, доставшуюся мне от Реггана?
Продолжая ругаться сквозь зубы, я принялся переодеваться. Рейн деликатно отвернулся, открыл первую книгу и приступил к изучению ромашек, или что он там хотел изучить. Интересно, а его порядочность — это вообще нормально?
Покачав головой, я застегнул последнюю пуговицу и снова сел рядом с другом. Минуту молчал, собираясь духом, а затем набрал в грудь побольше воздуха и скороговоркой спросил о том, о чем думал с раннего утра:
— Скажи мне, Рейн, ты считаешь меня своим другом? Ты хотел бы быть моим другом?
— Я и так твой друг, нет? — он оторвался от чтения и удивленно посмотрел на меня. — Или ты…
— Ты просто меня не так понял. Понимаешь, у меня никогда не было настоящих друзей. Тех, кому я мог бы доверять, тех, кто поддержит меня в любой ситуации. Я очень хочу, чтобы у меня появился самый настоящий друг, а не просто приятель, который со мной возится на взаимовыгодных условиях, — пробормотал я, вспомнив так некстати давно почившего Быка.
— Так в чем проблема? — он широко улыбнулся и пожал плечами. — Я и так считаю тебя своим единственным другом. И не только в этой школе, чтоб ты знал.
— Просто между нами очень много недомолвок, которые, как бы это сказать, несколько мешают нам с тобой понять друг друга до конца, — я вздохнул. — Поэтому я хочу рассказать тебе немного про себя. Ты же не против?
— Нет, но если ты не хочешь об этом говорить, то я не настаиваю. Если ты решишь чем-то поделиться, то ты все равно поделишься этим, рано или поздно.
