Свен встал. Нервно ходил по каюте. Успокоился, боцман вместе со старпомом все выдумали. Не чем заняться больше. В полдень он, как обычно, вышел на квартердек. Открыл нактоуз, по компасу определить направление. Колин работал с секстантом. Надо определиться с дальнейшим курсом. Квартермейстер выбрал лаглинь. Считает, сколько узлов прошли через его руки. Колин работает с секстантом. Свен ждет, когда старпом рассчитает линии положения, определит счислимое место. Обычные заботы отвлекают от дурных мыслей.
Данька топает по палубе. Идет к вахтенным правого борта на шкафут. Здесь Сол и Сайрус. Вахта отвечает за грот-мачту и бизань мачту. Даня старательно твердит "иностранный язык". Каждый матрос обязан знать эти слова. Заучи тут, попробуй, — ворчит про себя, — одних ручных талей больше двухсот. Каждая под своим названием. Название рей и палуб. Квартердек, опердек, орлопдек — в названиях палуб запутаешься. Но учить надо. И ходит Данька и зубрит. В школе двойку поставят. Тут круче — боцман может линьком науку объяснить. Данька хочет стать марсовым, бегать вверху по реям. Элита среди матросов. Для этого постараться надо. Спрашивать у Сола, себе дороже. Засмеет. Лучше подойти к Сайрусу.
— Сайрус, выручи, скажи где найти лиселя?
— Чего? — Сайрус растерялся.
— Где они у нас находятся, лиселя? — Поглядеть бы, что это за штука.
— Мы их не ставили. Они с боку от основного паруса. — Сайрус качает головой и смеется. — Дополнительно на грот и фок мачтах.
— А еще мне найти фор-стаксель и кливер.
— Салага. — Сайрус готов упасть от смеха. — На бушприте.
— Я так и думал, — Даня принял самый невозмутимый вид. — Сейчас схожу. Проверю.
Матрос не выдержал. Смеялся и еле выговаривал:
— На бак пройди, не заблудись.
Сейчас вся команда будет ржать. То же морские волки. — Ворчит Данька. — Парни с бака. Вам красное место на шкафуте. На шканцы таких не пускают.
Он ищет крутую морскую брань. Ковыряется в своем мозгу.
Был бы морским псом, маяком, а то пришел с другого корабля. — Тотчас одернул себя. Напрасно придумал такие слова. Обидел друга в мыслях. Не виноват он, что на других кораблях скверно. Вот и пришел. Дэн шел на бак опустив голову. Было стыдно.
Парни заняты делами, а он слоняется будто шкерт. Прислуга для всех, бичкамер. Придумывал обидные слова для себя. Бездельников на корабле презирали. Шпыняли почем зря. И дезертиров то же. Летучие рыбки, бичкамеры. В его мире бичи не были в почете. Вскоре капитан занял его тренировками, бранить себя было некогда.
Пару дней они бесцельно болтались на воде. Ласковое море. Действительно круиз, — говорил себе Данька. — Мама может не беспокоиться. Босые ноги Даньки шлепали по горячим доскам. Он сбросил рубашку, в его городе пляжный сезон давно закончился. Но не на Карибах. Спокойные будни. Команда была уверена, капитан приведет их к хорошей добыче. Они не рвались в бой, не требовали крови. Каждый знал, как бы не упали игральные кости судьбы, они не будут бедствовать. Они выполняли обычную работу. Так в море выходит рыбацкая шхуна. Все хотят хорошего улова, но если рыба не идет — это не смертельно. Будут еще хорошие деньки. Путина еще не началась. Даня бродил по палубе, пользуясь свободной минуткой. Капитан, как про себя это называл Дэн, разрисовывал контурные карты. Свен сидел над картами, пытаясь представить, где пойдут купцы. В мире Даньки были иные возможности. Локаторы и спутниковая система слежения подсказала бы, где искать купеческие караваны. Для кого-то подошел другой способ. Экстрасенс водил бы маятником над картой в надежде найти купеческие суда по колебаниям древнего приспособления. Капитан вглядывался в рисунок карты в ожидании озарения. Историки расскажут о гениальных планах битв, выигранных на суше и на море, о тонком расчете мудрых командиров. Все верят, что так и было. Но правда в том, что озарение приходит иногда только в ходе сражения. Тонкий расчет — вымысел для безусых офицеров. Мгновенная искра вдохновения. Так к поэту приходит его муза. Пламя вспыхивает и ведет, но лишь единицы кресалом терпения и опыта разжигают пламя. Даня, тебе бы поучится у капитана, а не слоняться без дела. Вдруг пригодится. Оседлать вдохновение — наука побеждать. Сол топает босиком, скинув рубаху. Жарко. От безделья прицепился к Дэну:
— Юнге не терпится броситься на испанцев? — Скорчил страшную рожу. Сейчас бросится испанец на беззащитного юнгу. Данька чуть не рассмеялся.
— Перетерплю, Сол.
— Причина в тебе, Дэн. Эти хитрые бестии чуют, что на "Скитальце" появился молодой лев, лютый до схватки. Прячутся. — Сол ухмыляется, забавляясь тем, как подцепил юнгу. Сол не испытывал к парню вражды. Скорее наоборот. У него такой характер. Попадись кто другой, он и ему придумал, что сказать. Дэн самый молодой, как тут пройти мимо.
— Лев может пока точить когти, острить шпагу. Реки испанской крови прольются. Скоро шпага Дэна утолит свою жажду.
— А ты свою шпагу держишь наготове? — Смейся коль хочешь.
— Нет. Она отдыхает и ждет часа. — Ответ опытного, закаленного в боях воина.
