— Да, — вздохнул капитан, — вернуться в детство нам не дано. Только вот так со стороны посмотреть. Пойдем, Брин. — Свен был моложе боцмана, но остро чувствовал душевное одиночество. Море и корабль, парни, "смоляные куртки", были его единственной опорой. Потерять их, страшнее смерти.
Данька смотрел вверх, на солнце — махнул ему рукой и крикнул: привет, рыжий! И вновь принялся за дело. В обед юнга собрал на стол капитану. Расставил чашки. Присел рядом с капитаном. Капитан приступил к еде, посмотрел на юнгу:
— Дэн, ты, что так прыгаешь? Чего развеселился? — Свен не мог понять радости парня.
— Так, капитан. Я вовсе не веселился, — было не ловко признаться, что виной такого поведения был Свен, вера в то, что капитан такой замечательный.
— Все же, что так тебя развеселило? — Настаивал капитан.
Данька решил ничего не говорить капитану. Он не мог объяснить то, что чувствовал. Как бы его отвлечь? Решился. Защитная личина. Он втянул не много шею в плечи, плечи опустил. Ручки неловкие, глазки моргают и рот полуоткрыт. Пытается попасть ложкой в рот.
— Кок сегодня вкусно приготовил, — говорит голосом больного ребенка, — ложку оближешь.
Капитан посмотрел на Дэна. Только что за столом сидел нормальный парень, а сейчас напротив сидит полу-идиот. Калека.
— Вкусно очень, капитан, — продолжает идиот. Глазки моргают, голова дергается, — Можно, капитан, я после обеда книжечку возьму?
— Можно. Ты умеешь читать? — Редкое уменье среди портовых мальчишек. Мало кто посещал монастырские школы. Обучение в школах по карману не всякому.
— Нет, мне книжку с картинками надо. Я картинки посмотрю.
— Хочешь, смотри, — отмахнулся Свен. Поведение юнги объяснил усталостью.
Он не мог понять, что произошло с юнгой и другого не предполагал. Когда они закончили обед, Дэн поднялся и, волоча ноги, добрался до шкафа. Открыл, не ловко вытащил книгу.
— Вот она, — раскрыл книгу — Геометрия. Картиночки, какие. Что написано? Сумма квадратов катетов равна квадрату гипотенузы. Слова-то, какие.
— Ты умеешь читать? — Вновь спросил капитан. Пацан, очевидно, общался ср святыми отцами.
Юнга закрыл книгу, поставил ее на место и проговорил:
— Отношение длины противолежащего углу катета к длине гипотенузы — синус этого угла. Отношение длины противолежащего к углу катета к длине прилежащего — тангенс угла.
— Дэн, ты это знаешь? — Свен был озадачен.
— Нет, капитан. Если к двум третям прибавить одну шестую, то получим пять шестых.
— Юнга, где ты научился этому? — Удивительный случай. Мать парня — вот откуда он знает такие вещи.
— Не знаю. Капитан, я сейчас все уберу. — Он, опять шаркая ногами, подошел, собрал посуду и пошел с ней на камбуз. Капитан потерял всякий интерес к шальной радости Дэна. Цель достигнута.
Когда выходил из каюты, запнулся о порог и чуть не упал. Свен вскочил, надеясь подхватить мальчишку, но Дэн повернулся, подмигнул капитану и пошел прочь обычной походкой.
— Вот артист, вот клоун. Кто бы мог подумать. А парень грамоту знает, считать умеет. Для простого матроса это много. Из него выйдет толк.
Данька, весело размахивая корзиной, шел на камбуз. Встретил Брайана.
— Дэн, ты чего сегодня такой? — Корабельный плотник первым хотел допытаться Бегаешь, прыгаешь. На солнце бросился.
— Настроение у меня хорошее. И солнце замечательное, — Дэн рассмеялся.
— Тебе сейчас скажи, ты мигом на мачту взлетишь, — точно определил состояние друга Брайан.
— Я и на мачту могу. А солнце отличная звезда. А над городом встает звезда под названием Солнце, — пропел Данька.
— Какая это звезда? Солнце — это солнце. А звезды они ночью бывают. — Резонно поправил плотник юнгу. Такое малые дети знают.
— Брайан, звезды — это то же солнце. Только очень далеко от нас. Если какой-то предмет далеко от тебя, ты видишь его маленьким, — пытался объяснить Даня. Такую очевидную вещь может понять любой.
— Ну, да. Дэн, солнце оно большое и яркое. И оно вращается вокруг земли, всходит и заходит. — так говорят ученые монахи. Только Брайану на это плевать, главное светит исправно.
Даня улыбнулся, как просто говорить то, что знают все. Он же поведал капитану, что море большое и соленое.
— Брайан, не солнце вращается вокруг земли, а земля — вокруг солнца. — Крамолу несешь, Даня. За такое и отлучить от церкви могут. Умрешь без покаяния. В освященную землю не зароют твои останки. Моряки не страшатся такой участи. Завернут в парусину, волны примут грешника.
— Как не солнце? — Брайан удивился, такого быть не может: Земля- центр мироздания, а солнце вращается вокруг земли. По другому и не представишь. Он чувствует, земная твердь стоит на месте.
Об этом сказано в писании. Он его не читал, не грамотен, но умные люди так сказали. Иначе и быть не может: так задумал Господь.
— Брайан, все не так. Земля вращается вокруг солнца. Нам только кажется, что наоборот. Посмотри наверх. Вроде, смотри, солнце, светило качается над снастями. Но ты знаешь, если ты стоишь на земле, солнце не качается. Здесь качается корабль и мачта, и нам кажется — качается солнце.
