Однако услышанное сразу расставило всё по своим местам. Время советское, я попал в тело флотского командира, и войны, похоже, нет, раз сосед про неё ни слова не сказал. Подлодки типа «Малютка» появились незадолго до войны, я об этом знал: в Казанском госпитале лежал флотский командир, как раз подводник, он столько баек рассказывал, пока они с моим соседом по палате в шахматы играли. Так что я был немного в теме, но очень поверхностно: спросят про подлодки – буду стоять и смотреть, как баран на новые ворота. Правда, выход есть: можно использовать опыт одного майора, командира тяжёлого гаубичного дивизиона. Об этой истории не узнали б, если бы его комиссар не сдал, после чего этот случай и стал известен по всем фронтам.
Случай был действительно уникальным. Осенью сорок первого при отступлении тот майор попал под разрыв авиабомбы, его контузило, но пост свой он не оставил. Отлежался неделю в санвзводе, после чего продолжил командовать дивизионом и, между прочим, вывел его из окружения в полном составе. Так вот, от контузии или ещё чего майор потерял память. Всю или нет, сейчас уже не скажешь, но этот хитрец никому ничего не сказал, а по минимуму собирал информацию о себе, чтобы никто ничего не заподозрил.
Понимая, что командовать дивизионом он не может, майор как бы между прочим спросил у начштаба, кто из командиров батарей, по его мнению, самый опытный? Начштаба назвал командира второй батареи. После этого майор велел назначить замену на батарею, а того капитана назначил исполняющим обязанности командира дивизиона, объяснив это тем, что капитану необходимо набраться опыта, так как его скоро направят командовать уже своим дивизионом. И капитан три месяца фактически командовал, а майор учился, учился исступлённо. После капитан действительно ушёл на повышение, а майор уже командовал сам, и хорошо командовал.
И вот, видимо, посчитав комиссара другом, майор ему открылся. А комиссар моментом наверх писульку настрочил. Майора сняли, назначили аттестационную комиссию, и он блестяще прошёл аттестацию, получив должность начальника артиллерии во вновь формирующуюся стрелковую дивизию, да ещё и с повышением в звании.
И что мне мешает повторить его опыт? Хорошо ещё, в тело лётчика меня не закинуло, а то я даже не знаю, как бы выкрутился. В общем, стоит подумать, а пока я даже своего имени не знаю, только звание и фамилию.
А вот история с майором, мне кажется, была не так проста. Я над ней долго думал и вот к какому выводу пришёл. Тот майор решил получить и звание, и должность выше, а выслуживать долго: в боях попробуй заработай. Вот он и устроил долгоиграющую комбинацию, а потом слил информацию про свою якобы потерю памяти. И вот он в шоколаде, а комиссар – в помоях. Если это так, то майор (уже подполковник) – тот ещё комбинатор.
Видимо, громкий голос соседа привлёк внимание: к нам заглянула санитарка, осмотрелась, увидела меня в сознании и сразу исчезла, а через минуту зашёл врач. Он стал расспрашивать меня о самочувствии; отвечая, я параллельно активировал «Магический лекарский щуп» и, обнулив заряд Исцеления, полностью восстановился. Врач, осматривая меня, даже удивился: шишки на затылке нет, гематомы на бедре – тоже, цел и невредим, а ведь он сам проводил осмотр, когда меня привезли в госпиталь. В ходе разговора с ним я выяснил, что мы находимся в Риге, где расположена военно-морская база Балтийского флота, моя лодка тоже тут. Ну а зовут меня Мальцев Иван Иванович, и мне действительно двадцать лет, через два месяца двадцать один будет. Ну и главное, сейчас конец мая тысяча девятьсот сорок первого года. Не скажу, что меня это обрадовало, но и не расстроило. Получить опыт боевых действий подводника я был не прочь, тем более что с моим Взором я буду неуловим. Главное, не показывать, что ничего не знаю, а не то мигом на берег спишут.
Врач был в недоумении, но подтвердил, что всё в порядке, травм после наезда нет. И «обрадовал» меня тем, что со мной хочет поговорить следователь из милиции, который занимается этим делом. Время было девять утра. До прихода следователя мне принесли форму, сапоги и табельное оружие. Я быстро оделся, ремень застегнул, кобура с ТТ на ремешках висела в районе правой ягодицы – удобно. Надел тужурку и фуражку. Форма в порядке, вычищена кем-то, а вместо сапог – чёрные полуботинки со шнуровкой.
Сосед ушёл курить, а я, застелив койку, сел на неё и проверил карманы. Там была зажигалка в золотом корпусе, а вот табака в карманах я не обнаружил, как и сигарет. Было портмоне, довольно плотное, заглядывать в него я не стал. Несколько монет. Ключи, видимо, от жилья. Наручные часы, которые я тут же застегнул на запястье левой руки. В кармане тужурки нашлись документы: командирское удостоверение, комсомольский билет и пропуск на военно-морскую базу. Изучил их. Так и есть, Мальцев Иван Иванович, командир М-115, в/ч 12–456. Пропуск стандартный, комсомольский билет – тоже.
