Решение было принято, теперь всё зависело от меня: когда я смогу обеспечить первые поставки. Во время обсуждения я тихой мышкой сидел и слушал, не издав ни звука с момента, как меня представили генералам. Сейчас, когда все на меня вопросительно посмотрели, я поправил форму и сказал:
– Товарищи командиры. Вчера, догадываясь, о чём пойдёт речь на этом совещании, я взял на себя смелость договориться с парнями о том, чтобы начать перевозку техники и подготовить её к передаче. Честно скажу, я думал, решение будет в пользу авиации, а не танкистов, поэтому готовили только самолёты и аэродромную технику. Сегодня утром мне передали, что все бомбардировщики уже перевезены и ожидают передачи, а это восемьдесят девять Пе-2. А также пятьдесят истребителей. Модели не знаю, это или «миги», или «яки», потому что «лаггов» всего два десятка, да и то в ящиках. Аэродромной техники хватит на три полка, также выделено десять зенитных пулемётных установок для защиты аэродромов. Это на первое время. Где сосредоточена эта масса самолётов, я пока не знаю. Готов выехать, выяснить и вызвать товарища генерал-майора для первой передачи. Считаю, что на сегодня этого хватит.
– Нужно выезжать немедленно, – согласился генерал-авиатор.
– Что по танкам? – спросил у меня генерал по автобронетанковым войскам.
– Сегодня передам парням, за ночь они всё сделают, и завтра обеспечим передачу бронемашин вам. С чего начнём? С КВ или «тридцатьчетвёрок»?
– Всего, и побольше, – усмехнулся тот. – В списках есть лёгкие танки БТ, Т-двадцать шесть. Их мы тоже возьмём, после средних и тяжёлых.
– У меня вопрос к товарищам генералам. Когда передавать трофейную технику?
Ответил за всех Шапошников:
– Когда с нашей закончим, тогда и трофейной займёмся. Кстати, часть трофейных легковых машин нужно будет сдать в гараж Генштаба, список уже накидали, остальное передать на баланс автобронетанкового управления. Пока все свободны. Да, я отдал приказ, и вы, товарищ Гусаров, временно прикомандированы к Генштабу, в моё распоряжение.
– Есть, – козырнул я.
На этом совещание было закончено, мы впятером вышли, а в кабинет уже другие командиры заходили: у маршала начиналось следующее заседание. Спускаясь по лестнице, я обговаривал детали с генералом-авиатором и вторым, танкистом.
– Завтра до обеда танки передаю, а после обеда – оставшиеся самолёты и аэродромную технику. Парни за ночь должны успеть подготовить.
– У тебя там полк работает? Как они успеют? – спросил генерал-танкист.
– Интенданты, чувство локтя у нас присутствует. Успеют. Тем более, большая часть техники и так там стоит, вывезут лишнее, и знай передавай. Так что работы куда меньше, чем кажется на первый взгляд.
На этом мы расстались. Поскольку свою машину я отпустил, генерал ВВС, подойдя к своей машине, велел водителю отдать автомобиль мне. Дал также канал для связи и сказал, что будет ждать, когда я выйду на связь и сообщу, куда им нужно прибыть. Так же и с танкистом, но его радисты будут ждать вызова завтра утром.
Машина была знакомая, ГАЗ-61, полноприводная. Покинув Москву, я съехал с трассы на полевую дорогу, поглядывая на видневшуюся позади на горизонте точку мотоциклиста-одиночки: нисколько не сомневался, что за мной будут следить. Невозмутимо продолжил крутить баранку. Бак полный, далеко уеду. В этот раз я покинул Москву с другой стороны: все прежние передачи техники происходили со стороны Волоколамска, а сейчас я был неподалёку от трассы на Ярославль. Рядом проходила железная дорога, я видел дым идущего паровоза, хотя сам состав – нет: деревья скрывали.
Подходящее место пришлось искать долго, я час проколесил, пока не нашёл то, что нужно: ровная длинная опушка леса, полевая дорога рядом с ней, и почти вплотную к опушке – золотистое пшеничное поле. Уборку ещё не начали, но, похоже, ждать осталось недолго. От мотоциклиста я смог оторваться. Проехал речушку вброд и, пока он там переправлялся, ушёл на скорости.
Загнав машину под деревья, я вышел и, убедившись, что рядом никого (Взор это подтвердил), начал доставать технику. Сначала аэродромную: топливозаправщики, радийные, штабные, зенитки, потом пошли «пешки». Они с трудом умещались под деревьями, всё же довольно массивные конструкции. Вся аэродромная техника, которую я планировал отдать, и шестьдесят бомбардировщиков уже были размещены в линию под деревьями, когда Взор дал понять, что из глубины леса в мою сторону идут двое. Похоже, подростки, да ещё девчата. Неопасно, но лучше их отправить обратно. Достав ещё три машины, я повесил на плечо автомат и побежал навстречу грибникам, думаю, это они. Так и оказалось: две девчушки лет тринадцати шли с корзинами мне навстречу.
– Стой! Кто идёт?
– Ой! – только и услышал я, подходя к девчатам.
– Доброго дня, девочки.
– Здравствуйте, дяденька военный.
– Девочки, тут запретная зона. На опушке военная часть разместилась, вам придётся возвращаться.
Те спорить не стали, покивали и отправились обратно. Кстати, корзины у них полные были. Я Взором поглядывал – аж бежали, бедняжки. Неужели я так их напугал?
