Вернувшись, я продолжил доставать из Хранилища «пешки» и расставлять их на опушке. Закончив, начал работать с «яками». Пятьдесят штук разметить было не так и трудно, это не бомбардировщики. Я вернулся к автомобилю, до которого пришлось идти два километра, открыл радийную машину и запустил двигатель. Нашёл нужную волну и начал вызывать Синицу. Радист генерала отозвался почти сразу. Сообщив координаты и подтвердив количество техники, я стал ожидать. Машину я выгнал из-под деревьев и поставил на дороге, перегородив её. Как найти, описал, теперь ждём.
К моему удивлению, гости появились уже через пятнадцать минут. Мотоцикл с коляской и двое седоков. Это не наблюдатель, тот явно меня потерял, да и мотоцикл тяжелее. Оба вооружены карабинами. Выйдя к дороге, я стал изучать, кто едет. Оказалось, сотрудники милиции; заметив машину и меня, они притормозили, но потом проехали дальше. Я сдвинул автомат, чтобы висел горизонтально, и изучал непрошеных гостей. Те уже рассмотрели самолёты на опушке: блестели кабины и моторы с винтами. В общем, было ясно, что тут воинская часть. Подъехав ко мне, водитель заглушил мотор и пояснил, не поздоровавшись:
– Девчонки прибежали, сообщили о военном. А я знаю, что тут частей не может быть. В район уже сообщил, решил ещё сам проверить. Откуда вы тут появились?
– По воздуху, – усмехнулся я.
Тут раздалось жужжание, и показался У-2. Судя по ауре, пассажиром был генерал. Смотри-ка, не вытерпел, сам прилетел. Я знал, этот генерал не верил в технику, которая берётся из ниоткуда, как он считал. Этажерка прошлась низко над полем, генерал явно рассматривал самолёты, которые со стороны поля было отлично видно.
– Сержант, – попросил я, закончив изучать маленький самолётик и повернувшись к милиционерам, – не в службу, а в дружбу. Тут где-то автоколонна должна быть, лётчики, голубые петлицы, как бы не заблудились. Поищи, покажи дорогу. Они со стороны столицы должны быть.
– Покажем, – согласился тот.
В это время У-2 пошёл на посадку, сбрасывая и так небольшую скорость. Милиционеры поспешили уехать, а биплан, ревя мотором, прокатившись вдоль опушки, то есть по всей стоянке техники, встал метрах в ста от меня. Мотор заглох, а вскоре и винт остановился. Первым из кабины выбрался генерал, а затем и лётчик, который стал осматривать свой самолёт. Тут как раз я подъехал на машине. С удовольствием осматриваясь, генерал велел везти его к стоянке «яков», которая располагалась на другой стороне.
Вскоре и два десятка грузовиков прибыло. Похоже, сюда весь БАО с ближайшего аэродрома перекинули, так что техники и лётчики довольно быстро всё осматривали. Взлететь отсюда бомбардировщикам невозможно, это ещё на истребителе можно попробовать, да и то если дорогу бульдозером разровнять. Так что вывозить будут, вероятнее всего, на грузовиках. Хвост в кузов – и пошла буксировка. Это проблемы летунов, они сделают, сам генерал это проблемой не считал.
Мы почти три часа занимались приёмом-передачей, пока не закончили. Вдруг, ревя моторами, в небо с дороги поднялось два «яка». Проследив, как они стремительно лезут на высоту, я повернулся к генералу:
– Ладно я псих, но то, что среди вашего брата таковые имеются, не знал. На непроверенных машинах в воздух подниматься.
– У нас опытные механики. Если дали добро, значит, можно, – несколько рассеяно ответил тот, наблюдая, как пара резвится в небе, выполняя какие-то фигуры.
– Ясно. Тогда до завтра.
– Я могу надеяться, что завтра после обеда вся оставшаяся техника будет передана?
– Что-то я сомневаюсь. Завтра, скорее всего, передадим то, что в сборе: штурмовики и оставшиеся истребители. Потом то, что в ящиках.
– Добро. Тебя в город отвезти? Машину-то ты вернул?
– Нет, вон там «эмка» стоит, я пока на ней поезжу, потом сдам в гараж Генштаба.
– Хорошо.
Попрощавшись, я дошёл до «эмки» и только сел в неё, как меня позвали радисты. Добежав до их машины, взял наушники. Мне велели заехать в Генштаб. Подтвердил приём сообщения, вернул наушники и поехал в столицу. По пути заехал на речку, минут десять покупался, а то плавлюсь в тёплой форме на этой жаре. После этого поехал в Генштаб.
Помощник дежурного проводил меня к Шапошникову. Тот меня осмотрел, отметив, что форма пыльная, и сказал:
– Про передачу бомбардировщиков и истребителей знаю, доложили. Молодцы, выполняете обещание. На вечер ничего не планируй, едем в Кремль. Информация до самого дошла. За боевые знамёна, за спасённое вооружение тебя представили к «Золотой Звезде» с вручением ордена Ленина. В восемь вечера жду тебя здесь. Приведи себя в порядок, парадную форму справь.
– У меня есть, товарищ маршал.
– Хорошо. Жду в восемь.
Козырнув, я покинул кабинет, а потом и здание Генштаба. Вернулся в свою машину, поправил лежавший на сиденье автомат и поехал домой. Время уже три часа дня, есть хочется, так что сейчас ушицы поем, она у меня готовая в Хранилище. А то с летунами как-то не до этого было. Пока ехал, автомат и диск к нему убрал в Хранилище. Это в пригороде оружие лучше под рукой иметь, а в городе его показывать не стоит, хватит и пистолета.
