Но звуки уже не долетали до бедного Станислава. Он с ужасом пытался припомнить, о чём говорят эти двое. Всему виной алкоголь, конечно. Если бы он не пил вчера, то помнил бы сегодня, что произошло. Но он не помнил… И подобно белому шуму всё звенела в его голове фраза: «Ты нас понимаешь, Стас?» – будто поставленная на повтор и жужжащая до тошноты противно.
Станислав открыл дверь машины и буквально выпрыгнул на трясущихся ногах в белый пушистый сугроб, проваливаясь глубоко вниз. Здесь почти никогда не чистили тротуары. Он чертыхнулся и застыл на месте, утопая всё дальше в снегу. Машина снова завелась и с громкими хлопками улетела прочь из района. Станислав упал лицом в снег, не чувствуя холода.
Небо быстро потемнело, и началось что-то вроде метели. Станиславу пришлось встать и зайти в подъезд, дрожа всем телом в мокрой одежде. В квартире никого не было, а если бы кто-то и был, Станислав всё равно прошёл бы мимо, не удостоив взглядом. Стянув с себя промокшую до нитки одежду, он залез в ванну и набрал тёплой воды. Многое надо было обдумать и пережить. Где ему взять деньги? Что вообще произошло? Неужели… Он кого-то убил?
Честно говоря, Станислав не помнил даже, кто эти люди, решившие его шантажировать. В этот день он проклял алкоголь и себя… Неизвестно, что из этого больше.
Вы когда-нибудь задавали себе вопрос о том, что бы делали, если бы узнали, что вам осталось жить три дня?
Диана шла по длинному коридору под нервно мерцающим светом больничной лампы. В её голове вертелась всё одна мысль. На глаза навернулись слёзы. Близкие, друзья и даже врачи всё время твердили ей, что нельзя унывать, что шанс всегда есть, что нужно бороться. Но что теперь? Где все эти банальные фразы, придуманные для самообмана? Что делать, когда последняя надежда рухнула о каменное лицо врача, который лишь развёл руками. Нет, она не винила его. Он сделал всё, что мог, тут он действительно приложил все усилия. Но стоило ли вечно уговаривать её на бесконечные процедуры, если ей осталось, может, год или два, а может, меньше?
Девушка вышла на улицу. Хлопья белого пушистого снега тут же приземлились на её бледные щёки и длинные ресницы. Руки повисли, как плети, словно обессилев.
Скоро Новый год. Люди снуют туда сюда с набитыми пакетами в руках. Через пару дней начнётся новый этап. Перелистнётся ещё одна страница, и планета станет на год старее. Миллиарды людей сядут за стол и будут чокаться под старые добрые фильмы. А она? Где она в этом неизменном расписании мира?
Диана провела ладонью по холодной щеке, смахивая то ли слезу, то ли снежинку. Ноги повели её к дому, но мысли остались где-то там, в клетке с бежевыми обоями и чёрными сидушками у кабинетов, там, где всегда нервно мигает освещение, там, где кто-то обретает и теряет надежду.
Дома её, конечно, спросят: «Что сказал врач?». Но разве кто-то будет готов услышать ответ? Мама приготовит вкусный ужин и позовёт домочадцев, папа придёт с работы и поцелует Диану в макушку, брат аккуратно толкнёт в плечо и сядет напротив, ободряюще улыбаясь. Все будут делать вид, что всё хорошо. Но так ли это?
Конечно, по телевизору будет идти их любимая передача. На каждый шорох будет лениво лаять лохматая собака, растянувшаяся под столом. За окном непременно продолжит идти снег, а на небе появится силуэт желтоватой луны.
Диана знает всё наперёд. В её жизни нет ничего необычного… Только тот факт, что… Ей осталось жить меньше года.
Она откроет дверь и зайдёт в квартиру с улыбкой. Как можно иначе? Она ведь «сильная» и «никогда не унывает». Диана скажет, что всё хорошо и терапия идёт на пользу. Родители обнимут её, собака оближет ладони и всё лицо, брат выпустит пару шуток, и они сядут за стол и будут смотреть любимую передачу. Но… Что, если Диана хочет не этого? Что, если она предпочла бы провести оставшиеся дни иначе? Не притворяясь, не натягивая фальшивую улыбку и не замечая на себе жалостливые взгляды?
Ей почти девятнадцать лет. Она ходит на пары в колледж и мечтает стать знаменитой художницей. Ей нравится её жизнь, она ничего не хотела бы поменять, но… Если бы только у неё было больше времени, если бы только не приходилось ходить в больницу, как на работу, и не надо было бояться, что завтра не настанет.
Диана подошла к магазину и заглянула внутрь через большое запотевшее окно. На полках почти ничего не осталось, все спешили закупиться перед праздником. Диана зашла внутрь и бросила смущённый взгляд на парня, сидящего за кассой. Он всегда работает тут, каждый день с восьми до девяти сидит за прилавком, чтобы накопить на права и обзавестись собственной машиной, хоть бы и в кредит. Они учились в одном классе, но за все года не сказали друг другу и слова. Он всегда пользовался популярностью и не обращал на неё внимания, а она слишком боялась подойти первой. После девятого класса она поступила в колледж, а он провалил экзамены, и отец устроил его работать в этот магазин.
