В ту же секунду Дарклинг впился горячим требовательным поцелуем в ее губы. Отпустив запястье, он собственнически зарылся одной рукой ей в волосы, притягивая ближе. Через связывающие их узы Алина ощутила его гнев, разочарование, отчаяние, голод. Решение. Когда-то давно эти эмоции ее бы испугали, но теперь лишь подстегнули.
Алина оперлась на стену и закинула ногу ему на бедро. Сквозь одежду она ощутила его возбуждение и выгнула спину, заставив Дарклинга застонать. Он принялся лихорадочно целовать ее, словно боялся не успеть утолить свой голод. Алина ахнула, когда он подхватил ее под бедра, и инстинктивно скрестила ноги за его спиной. Дарклинг жарко поцеловал ее горло.
— Ты… — хрипло прорычал он на ухо, прикусывая мочку, — сделала меня таким слабым.
— Хорошо.
Дарклинг больно дернул ее за волосы, и Алина ощутила его гнев пополам с похотью. Он укусил ее за горло и тут же зализал место укуса. Алину окатила волна наслаждения вместе с раздражением: конечно, он не мог не оставить на ней метку. Интересно, он специально решил оставить засосы там, где когда-то висели рога?
Не теряя времени, Дарклинг переместился на кровать и, усадив Алину к себе на колени, взял ее лицо в ладони. Внезапно реальность того, что вот-вот должно произойти, поразила ее. Мгновение они просто смотрели друг на друга, тяжело дыша. Дарклинг выглядел таким же удивленным, как и она.
— Поцелуй меня.
Алина ухмыльнулась, пытаясь немного успокоится. Она сама не знала, чего хотела больше: сорвать с себя одежду или броситься прочь.
— Попроси вежливо.
— Иногда я ненавижу тебя за это.
— За то, что заставила просить?
— За то, что заставила желать.
Глядя ей в глаза, он начал расстегивать пуговицы рубашки. Алина дрожащими пальцами вцепилась в простыни и выпалила:
— Все, что тебе нужно сделать, – сказать «пожалуйста».
Дарклинг слабо улыбнулся.
— Я бы предпочел услышать это от тебя.
С губ Алины сорвался нервный смех, и она уставилась на свои руки, сжимающие простынь. Она не знала, как себя вести, когда он смотрел на нее так, будто она была чудом.
— Сколько у тебя было любовников, Алина? — спокойно спросил Дарклинг, неторопливо расправляясь с пуговицами.
— Не волнуйся, у меня достаточно опыта.
Дарклинг напрягся.
— Итак…
Алина нахмурилась.
— Да…
Не дав ей договорить, Дарклинг припал к ее губам голодным поцелуем. Сквозь дымку удовольствия Алина различила звук отрываемых пуговиц и рвущейся ткани.
— Ты…
— Позже, — прошипел Дарклинг. Сорвав обрывки рубашки, он приспустил бретельки нательной сорочки.
«Слишком быстро», — встревоженно шепнул внутренний голос, но стоило Дарклингу снова ее поцеловать, как все сомнения вылетели у Алины из головы. Его прикосновения жгли, как клеймо. Алина сама не заметила, как зарылась в его волосы, притягивая ближе.
— Сними это, — глухо пробормотал Дарклинг, вылизывая ей шею.
— Или ты и ее порвешь?
— Алина.
— Сам сними.
Алина улыбнулась в поцелуй, когда Дарклинг разорвал сорочку и холодный воздух лизнул кожу. Дарклинг накрыл ладонью ее грудь, дразня большим пальцем твердый сосок.
— Я не позволю тебе от этого отмахнуться, — прохрипел он.
Алина пропустила сквозь пальцы темную прядь волос.
—…Хорошо.
Его медленные ласки кружили голову. Внизу живота нарастало напряжение, и Алина решила пойти на уступку.
— И я хочу, чтобы ты произнесла мое имя.
— Александр.
Его губы дразняще сомкнулись на соске, сводя с ума движениями языка.
— Подожди.
— Почему?
— Я хочу, чтобы все было по-честному. Разденься.
Не говоря ни слова, Дарклинг стянул рубашку и отбросил ее на пол. Тело у него было худощавое и жилистое. Наверное, ему хотелось, чтобы она сомлела от вожделения, вместо этого Алина принялась беззастенчиво разглядывать его шрамы. Судя по напряженным мышцам, он едва сдерживал себя. Алина медленно поцеловала каждую рану от пули, каждый след от ожога. По груди тянулся длинный узкий фиолетовый шрам от клинка. Она провела по нему сначала пальцами, потом — языком. Дарклинг резко выдохнул и сжал ее плечо, оглаживая неровный шрам от укуса ничегойи. Таким извращенным способом они принадлежали друг другу.
— Ложись, — хрипло велел он.
Алины ухмыльнулась.
— Мне думать о Равке?
Вздохнув, Дарклинг стремительным движением опрокинул Алину на кровать и навис сверху, глядя на нее так, будто не узнавал.
— Что?
— Я все еще жду, что ты сбежишь, — обеспокоенно признался он.
Алина рассмеялась.
— Это мысль приходила мне в голову.
— Только приходила? — уточнил Дарклинг, и в его голосе послышалось что-то настолько уязвимое и человеческое, что Алина смягчилась.
— Я остаюсь.
Нечто человеческое мелькнуло и исчезло, Дарклинг снова стал собой и довольно кивнул. Если бы не снедающее ее желание, Алина его ударила бы. Он без предупреждения подтащил Алину к краю кровати и отработанным движением стянул с нее юбку. Алина приподнялась на локтях и наблюдала за его действиями: расправившись с нижним бельем, Дарклинг встал перед ней на колени. Алина встретилась с ним взглядом, и ее пронзил жар.
— Алина.
— Да?
— Ты не будешь думать о Равке, — пообещал Дарклинг, затем раздвинул ей колени и поцеловал между ног.
