После ощутимой паузы Марат коротким и недовольным кивком все же выразил свое согласие. А когда он с видимым наслаждением растянулся на кровати, Милана схватилась за телефон.
– Андрюша, привет. Ты мне нужен прямо сейчас. Ах, ты мой хороший! Адрес скину. Бери с собой весь свой арсенал. Нет, у мужа спину прихватило. Да, вот такая я. Захомутали, представь себе. Хотя, точнее, это я его захомутала. Ну вот и познакомишься. Все, давай, жду – и как можно быстрее.
Милана отложила телефон – и наткнулась на напряженный взгляд Марата.
– Андрюша – это кто?
– Андрей Станиславович Савельев, человек с золотыми руками.
– Он кто?
– Врач. Мануальный терапевт.
– Он тебя трогал?
– Конечно, трогал. Он делал мне массаж. У него невероятные руки. И чуйка на то место, где притаилась проблема – не хуже МРТ. Он потрясающий диагност.
– Где он тебя трогал?!
– А ну хватит! – Милана не выдержала и повысила голос. – Андрей – врач!
Марат некоторое время молчал.
– Ты его собралась встречать в таком виде?
Милана оглядела свои голые ноги ниже полотенца.
– Да, ты прав. Надо переодеться.
Она обошла кровать и подняла с пола платье, в котором была вчера. Идеально, чтобы встречать врача – платьев бельевом стиле из черного шелкового атласа, да еще и порядком измятое.
– В это?
Марат шумно вздохнул.
– Иди, поищи в комнате Руса в шкафу. Там наверняка найдутся более или менее подходящие штаны и футболка. Мое… мое тебе будет совсем большое.
Футболка Рустама смотрелась на Милане вполне модным оверсайзом, а спортивные штаны очень удачно оказались не только с резинкой в поясе, но с кулиской, с помощью которой Милана плотно затянула штаны вокруг талии. Не сваливаются – и на том спасибо.
– Ну как? Так годится?
Марат смерила ее внимательным взглядом и медленно кивнул.
– Годится.
– Может, паранджи не хватает?
– Ты же не наденешь.
Милана сдержала желание показать язык – взрослые женщины не показывают языки своим мужьям.
– Ты тут лежи тихо и фантазируй про паранджу, пока Андрей не приехал. А я порядок наведу. А то… – Милана наклонилась и подняла с пола использованный презерватив, а за ним второй. – А то перед доктором будет стыдно.
У Марата снова ощутимо пополз вверх угол рта и изгиб брови – но он ничего не сказал.
***
Упрямый Марат все же встал, чтобы встретить врача.
– Это мой пациент? – Андрей поставил на банкетку чемоданчик. – Добрый день. Савельев Андрей Станиславович.
– Ватаев Марат Хасанович, – Марат протянул руку для рукопожатия. – Спасибо, что приехали, доктор.
– Это моя работа, – дежурно отозвался Андрей. – Куда проходить и где можно руки помыть?
– Сюда, – а потом Марат обернулся к Милане. – Дорогая, приготовь нам с доктором кофе, пожалуйста.
Мужчины пошли в сторону спальни, и тут Милана все же не удержалась – и показал язык спине Марата.
Ну да, теперь они не наедине. И слушаться он не намерен. А намерен командовать. Поэтому Милана пошла на кухню. Она помнила, как обращаться с кофемашиной Марата.
***
Спустя час, исполнив свой врачебный долг и наскоро испив кофе, Андрей отбыл. Он не обмолвился ни словом о том, что делал с Маратом, а вместо этого бодро рассказывал про проделки любимца жены – шотландского вислоухого кота по кличке Ватсон, про новые диагностические методы и про свои последние курсы по повышению квалификации. Выложив все это в телеграфном стиле, Андрей распрощался, пожал Марату руку, кивнул Милане – и исчез за дверью.
А раньше, между прочим, называл ее «моя красавица» и даже чмокал в щечку на прощание. А теперь… Да уж, Марат Хасанович умеет столбить территорию и доступно транслировать всем подряд «Моя».
– Что сказал Андрей?
– Что все нормально.
– Он это целый час повторял?!
Марат кашлянул и промолчал.
– Он тебе поставил блокаду? Делал массаж? Что? Марат, не молчи! Черт, я сейчас позвоню Андрею и сама у него спрошу!
– Он тебе ничего не скажет.
– Марат! – Милана ничего не могла с собой поделать – и притопнула ногой. Совсем как девочка. Но это его упрямство просто выводило из себя.
Он подошел, поднял руку и медленно провел рукой по ее волосам.
– Со мной все в порядке. Не надо носиться со мной, будто я старик.
– Да кто говорит про старика! – Милана стремительно подалась вперед, а потом остановилась. Аккуратно прижалась и медленно провела по его спине. – Я ужасно переживаю, что тебе больно.
– Мне не больно, – его руки легли ей на поясницу.
– Значит, Андрей поставил тебе блокаду?
– Какая же ты упрямая… – вздохнул Марат. – Да, поставил.
– Какое лечение назначил?
– Все – больше никаких вопросов. Я с этим разберусь сам.
Милана вздохнула и прижалась щекой к его плечу. Ладно. Хоть что-то узнала. И он еще называет ее упрямой!
– Значит… – ее ладонь снова медленно прошлась по широкой спине. – Значит, тебе сейчас уже не больно.
– Нет. Скажи, он везде тебя трогал?
Нет. Это невозможно. Это просто выходит за рамки всего!
Милана отстранилась.
– Да! И видел меня в одних только трусиках! Правда, со спины. Господи, Марат, Андрей – врач! Прекрасный врач! И он женат, если ты вдруг временно оглох и не слышал, как он рассказывал про жену!
Он вдруг прижал ее к себе совсем плотно. И хрипло прошептал на ухо:
