Один случай меня вообще развеселил. На территории СПМК мы решили поставить утепленный ангар для хранения товаров. Работы велись с начала мая. Погода чудесная. Солнце, так хорошо на улице. Мне надоело сидеть в офисе. Павел с Ефимом руководили установкой этого ангара, а заодно принимали вагоны, организовывая их разгрузку. Я приехал в СПМК. Поставил машину, разделся. Только в спортивных трусах, взял лопату и начал копать яму для столбика ограждения. Ефим тоже разделся и начал копать яму для соседнего столбика. Подъехала «Волга». Из нее вылезли трое солидных клиентов. Они подошли к нам и попросили нас помочь им найти генерального директора. Ефим попытался в мою сторону махнуть лопатой, но я его остановил. Ответил:
— Вы, понимаете, наш генеральный директор человек очень занятый.
Один из товарищей уточнил, вчера они с ним встречались и договорились встретиться здесь сегодня. Он их должен ждать. Ефим задыхался от смеха. Он даже отвернулся, со всем усердием, размахивая лопатой. В это время из конторы вышел Павел. Я громко сказал:
— А вот и наш генеральный директор. Павел Иванович. Это к Вам. Просят их принять.
Я жестом показал Павлу место в метре от нас:
— Мы Вам Павел Иванович мешать не будем? Или нам уйти?
Я с лопатой переместился за спины посетителей. Встал так, чтобы они не видели моих жестов и мимики. Показал Павлу, надо начинать переговоры. Меня интересовал только один вопрос: «Скажет ли Павел, что генеральный директор не он, а покажет на меня или сам будет продолжать переговоры». Амбиции оказались выше. Я не стал мешать. Не стал перетягивать одеяло на себя. Но это тоже сигнал. Павел начал примерять на себя корону. После этой встречи, я предложил Павлу стать генеральным директором, а я так и останусь просто директором. Он испуганно отказался.
19 июня 1992 года рубль, как денежная единица Украины перестала существовать. Введена новая единица денежного оборота — карбованец. А в связи с тем, что печатался он как купон, его стали называть купонокарбованец, а в народе «фантик».
В этот же день Кравчук подписал закон о полном исключении упоминаний о СССР из Конституции Украины. Кто имел рубли и не смог их поменять или потратить — их потерял. На предприятиях, в банках выдавать зарплаты, пенсии начали купонокарбованцами сначала сотнями, а потом счет пошел на тысячи. Рублей на наших счетах не осталось. С помощью Куца и Елены Гагариной.
Даже Эмма при нашей встрече сказала — «ничего не понятно, но по телефону в Киеве объяснять ничего не хотят». Я решил помочь разобраться руководству области и предпринимателям, для чего поехал в Киев к Президенту Союза Арендаторов, кандидату экономических наук Милевскому Виктору Мечиславовичу. Адрес его офиса и телефон нашел в газете в статье об этом Союзе Арендаторов. Я созвонился с ним. Мы договорились о встрече. Когда я приехал в Киев, встретил Милевский меня очень хорошо. Я пообещал вступить в Союз Арендаторов, но попросил Виктора Мечиславовича организовать конференцию в нашей области в течении двух дней по вопросу новых денег, а также перспектив, развития экономики. Я попросил его привезти с собой хороших специалистов по экономике, по налогообложению, по украинскому законодательству. Тематика есть. Проводить конференцию в течении двух дней. В первый день — восемь часов. Во второй день — четыре часа. После этого ужин и полный расчет.
— Машины от Киева и обратно, гостиницу, питание, зал для выступления я беру на себя.
Мы договорились об оплате каждому из лекторов. Если лектора будут первоклассные, суммы вознаграждения удваивается. Самому Виктору Мечиславовичу, тогда полагается отдельная премия. Договорились проводить через неделю в четверг-пятницу.
Я об этом сообщил Эмме. Дал объявление в газету. Мои ребята приглашали местных бизнесменов. Мы сняли зал в центре города, рядом с горисполкомом. Повесили объявление о конференции.
Николай Петрович, не смотря на все увещевания, рубли не потратил. Они все пропали. Он все дни сидел возле телевизора, не пропуская ни одной передачи с заседаний Верховной Ради, выступлений налоговиков, финансистов, экономистов. Со мной по-прежнему не общался. Надеялся, деньги отдадут или поменяют.
Егору скоро должно исполниться шесть месяцев. Парень рос жизнерадостный. Хватался за пальцы, пытался вставать. Ленушка все хорошела и расцветала. Я ею любовался, гордился. Но уделять ей и сыну много времени я не мог. У меня времени просто не хватало. Я по Леночке соскучился. Половая жизнь практически отсутствовала. Наши охи и вздохи будили всех, особенно Егора. Услышав шорохи и шум из спальни, теща неслась к нашей комнате. Стучала в дверь:
— Лена, чем-то помочь надо?
Мне иногда хотелось ответить грубостью, а иногда сострить. Лена прекращала всякие движения.
— Спасибо, мамочка. Мы справимся сами.
Но мне этого общения на пять минут беззвучной возни, мало. Гормоны играли, сперматозоиды верещали, член наливался кровью. Меня всего трясло, а тут приговор:
— Ну, потерпи еще годик.
