— Поздно. Он уже отошел в мир иной. — Она потеребила бусинки на своем колье. — Теперь он где-то там, в покоях для душ. Вы же не думаете, что черные дыры и космическое пространство состоят лишь из мрака и небесных тел? Или что там шныряют только космонавты в своих жалких кораблях? Разумеется, не только. Наши души порхают в танце над звездами, над луной, они смотрят на тех, кто был им когда-то дорог. Отлетевшие души напитываются светом, а потом, когда они воссияют — как души их ранее ушедших возлюбленных, — эти вновь обретшие друг друга скитальцы уже вместе устремляются в черные пустоты. Несут свой свет в сумрачные пространства. — Она смотрела и смотрела в окно, будто уже увидела некое осиянное светом пространство. — Когда я окажусь на Луне и наполнюсь ее светом, то найду Джимми, если, конечно, мне будет дарована эта милость. И тогда обязательно попрошу у него прощения за то, что так его мучила.
Тут Глава Семьи, откашлявшись, заявил:
— А я всегда любил только мою Эми. Она лучшее, что подарила мне судьба. — Его розовые щеки стали пунцовыми. — Пока она не прибрала меня к рукам, я был шалопутом и разгильдяем.
Эми поцеловала мужа в щеку, а он сказал:
— Нам бы с тобой деток, Эми. Представляешь, какими бы они были пригожими?
В ответ Эми сунула ему в рот креветку, а он ей.
— До чего же они милые, — пробормотала мисс Дарла.
— До чего же они жирные, — прошипел мне на ухо Мика.
Он так набил рот креветками и картошкой, что часть еды падала на тарелку, он запихивал все назад и жевал, жевал, как корова.
И в эти моменты Джейд так на него смотрела, что я втихомолку хихикала.
Энди тоже отличился, пару раз громко рыгнул, уже после того, как Ребекка сделала ему замечание.
Энди простодушно извинялся:
— Простите, выскочило, не успел удержать.
А Бобби уже клянчил торт, колотя кулаками по едва тронутой еде на своей тарелочке.
В общем, было шумно и весело, люди радовались.
Я мысленно призывала папу тоже порадоваться: «Папа, ну поешь, ну улыбнись. Чего тебе стоит, а? Ты ведь умеешь веселиться».
Ребекка тоже смотрела на папу. Она прикоснулась к его руке, он в ответ подмигнул ей.
И вот все поели, Ребекка убрала тарелки и поставила передо мной торт с двенадцатью голубыми свечами и одной белой, «на вырост». Мне опять спели «С днем рожденья тебя» Загадав желания, я задула свечи.
Желаний было два. Чтобы папа сам вылил в раковину бурбон и больше его не покупал, вообще. Чтобы мне позвонила мама (хотя я очень на нее злилась). Когда я проговаривала про себя первое желание, папа положил в стакан еще льда и долил из бутылки. Я поняла, что ждать маминого звонка тоже бесполезно.
И вот пиршество приблизилось к концу, Ребекка вытащила из-под стола сине-белую коробку, обвязанную желтой лентой. Джейд извлекла подарок из кармана и с хитрой улыбочкой положила его на столешницу. Кэмпинеллы и мисс Дарла тоже пришли с подарками. Я просто не знала, за что хвататься, хотелось открыть все сразу. Но начала я с подарка Джейд. В пакетике лежал браслет с симпатичными амулетами-висюльками: лошадь, собака, балетная туфелька, морская ракушка и сердечко.
— Спасибо, Джейд.
— Тут еще есть петельки, можешь и свои амулеты прицепить.
Я надела браслет и выставила перед собой руку, чтобы все могли оценить эту красоту.
Эми связала мне шапочку из красных ниток кроше. Я тут же ее нацепила и кокетливо сдвинула набок.
— Ну у тебя и видик. Дура дурой, — высказался Мика.
— Не ну. Она касивая, — заявил Бобби, успевший весь перемазаться. — Мозно я?
— Погоди немножко, Бобби. Ладно?
Он швырнул в меня креветку и закатился смехом.
Мисс Дарла вручила мне дневник. Не девчачий, а настоящий, в кожаном переплете, с тонкими атласными страницами. С блестящей ленточкой-закладкой.
— Мисс Дарла, до чего красивый, спасибо огромное.
— Я знаю, у тебя в мыслях много чего, что рвется наружу, желает запечатлеться на бумаге.
В сине-белой коробке был подарок от папы и Ребекки. Книжки. Целых три про Черного скакуна, которые написал Уолтер Фарли: «Возвращение», «Тайна похищения» и «Черный скакун и Пламя». И еще «Плюшевый кролик», детской писательницы Марджери Уильямс. Я втянула носом запах новеньких книжек. Под ними лежала белая коробочка. Открыла крышку: на ватной подушечке поблескивали часы «Таймекс». Я надела их на другое запястье и тоже предъявила публике.
— Теперь ты точно не опоздаешь на свой следующий день рождения, — сказал папа.
А Ребекка добавила:
— «Плюшевого кролика» ты, конечно, уже переросла, но я в детстве обожала эту книгу. Ну и подумала, что тебе приятно будет почитать ее Бобби.
— Поцитать Бобби, поцитать ее, — тут же громко потребовал Бобби, и, перекрикивая его, я гаркнула:
— Спасибо всем-всем, подарки просто прелесть!
— Это еще не все. — Ребекка протянула мне конверт.
Я вытаращила глаза. В конверте лежал какой-то купон. Вот это да!
Предъявителю гарантируется переделка спальни: покраска, замена штор, покрывала и наволочек, замена элементов настенного декора.
