Ахтан проворно подхватил чемоданы. Приветливо скрипнула дверь. Их обдало теплом обжитой кухни. Хозяйка квартиры поздоровалась, услужливо распахнула дверь боковой комнатушки:
— Милости прошу!
Ахтан поставил в угол чемоданы, помог жене раздеться, поцеловал в горячую шею.
— Молодчина, что догадалась и приехала...
Муся подошла к одному, потом к другому окну.
— Всю жизнь мечтала любоваться таким ландшафтом,— проговорила, всматриваясь в туманное поле за огородами.— И выбрал же квартирку...
В ее голосе слышался упрек и даже издевка. Ахтан собрался было оправдываться, но прикусил язык.
— Как жил без меня? — Муся взяла Ахтана под руку, они вместе стали осматривать комнату.
— Скучал...
— Посмотри мне в глаза,— взглядом сверху прошлась Муся по лицу мужа.— Ты не болен? Или неприятности?..
— Много работы...
Муся села в кресло, рядом пристроился Ахтан. Муся запустила руку в его жидкие волосы.
— Говоришь, много работы?
— Впрягся... Одного начальника уже поверг в изумление своими научными исследованиями,— оживился Ахтан.— Интересно, что скажут другие.
— Как скажет начальник, так и будет.
— Он у меня в руках!
— Не распускай хвост,— предостерегла Муся.— К новому человеку все присматриваются. Знаешь об этом?
Ахтан вскочил, забегал по комнате.
— Организую чай...
— Есть не хочу.
— Тогда отдыхай с дороги.— Ахтан откинул одеяло на кровати.— Пожалуйста...
— На это ночь будет. Не спать же я ехала сюда за тысячу километров. Действовать надо. Скажи, кто такой у вас полковник Астахов?
Ахтан был удивлен.
— Откуда ты его знаешь?
— Его не знаю, а с женой познакомилась в дороге. Пошла утром в вагон-ресторан позавтракать. За мой столик села довольно приятная дама. Ну, понимаешь, слово за слово. Разговорились, познакомились. А когда она узнала, что я врач и еду к мужу-врачу, переведенному сюда недавно из Ленинграда, так всю дорогу не давала мне покоя. У нее и то болит, и это. Очень просила сегодня же зайти к ней с ленинградским врачом...
Ахтан растерянно смотрел на жену, не дававшую ему раскрыть рта.
— Рассказала, где ты учился, с какими профессорами работал...
— Зачем было набиваться? — Ахтан покраснел.— Астахов у нас начальник гарнизона.
— Отлично! На новом месте мы уже завели знакомство с женой начальника гарнизона,— расцвела от удовольствия Муся.— Надо уметь...
— А почему же я не видел ее на станции?
— Вышла на Центральной.
— Понимаю...
— Бери книги, садись вот тут и почитай про миазиты, неврозы. А я переоденусь...
Ахтан повздыхал, по подчинился. Озабоченно читал, расхаживая взад-вперед по комнатке: повторял симптомы заболеваний суставов. Между делом помог Мусе застегнуть на спине платье.
— Я возьму новый плессиметр...
— Ты у меня умница!
Спустя полчаса они шли пустынной улицей к военному городку. На его окраине стоял стандартный финский домик с черепичной крышей. Врачей на крыльце встретила сама хозяйка.
— Прошу в дом, прошу...
— Не беспокойтесь, Тамара Семеновна,— сказала Муся, познакомив ее с Ахтаном,— мой эскулап с вашими хворями разберется.
Тамара Семеновна весело смеялась, много говорила. Позвонила мужу, что у них сам ленинградский доктор с супругой, спросила, не может ли он оставить дела и приехать — посидели бы, потолковали. Полковник ответил, что у него срочная работа.
— У тебя всегда срочная...— Тамара Семеновна была несколько огорчена.
Вскоре она опять повеселела, оживилась. О ней как о человеке складывалось самое лучшое впечатление. К тому же Тамара Семеновна отлично вписывалась в интерьер хорошо обставленной, с картинами на стенах квартиры.
Муся взглянула на Ахтана.
— Тамара Семеновна хочет, чтоб ты ее послушал.
Ахтан встал, поклонился:
— Я к вашим услугам...
Хозяйка вышла в спальню и через несколько минут позвала доктора. Ахтан вошел, держа в руках плессиметр. Сел с краю кровати, положил подле себя завязанный узлом фонендоскоп. Поговорили немного о болезнях, которые пациентка перенесла за свою жизнь, и Ахтан вооружился фонендоскопом.
— Послушаем...— начал он и взялся за край простыни, которой была укрыта Тамара Семеновна. Но та ого опередила — сама раскрылась до самых колен.
У Ахтапа зашумело в ушах.
"Осматривая молодую женщину, врач должен понить что у него есть мать!" —- вспомнил он слова из лекции знаменитого профессора. Украдкой через открытую дверь взглянул на Мусю, сидевшую в кресле. Муся мелькнула и исчезла, а перед глазами была атласная, со смуглым оттенком кожа, к которой он то здесь, то там бережно прикладывал фонендоскоп. Долго слушал сердце. Диву давался, как хорошо были слышны оба тона и как отчетливо отличались они один от другого. Академический случай — хоть учи студентов.
Что тут было сказать? Дай бог каждому такое сердце!
Но Ахтан медлил. Взял в руки плессиметр. Этот инструмент Тамара Семеновна видела впервые. "Какой изящный молоточек... Сразу видно, что это настоящий доктор. Повезло же мне встретить Мусю",— с радостью думала она.
