- Да, ладно, давай! Смотри, какая вкуснятина, - не унимался Макс, и поднес тарелку ближе к лицу девушки. Она задержала дыхание, но тошнота только усиливалась. Схватив салфетку, она рванула к туалету. Когда приступ прошел, она открыла кран с холодной водой. Взбрызнув лицо, глянула на свое отражение в зеркале. Лицо слегка осунулось и имело бледно-голубоватый оттенок, в глазах действительно не было искр ни радости, ни счастья, только бездонная печаль. Немного отдышавшись, она покинула уборную и, улыбаясь, вернулась за столик к Максу.
- Валерия, с тобой всё нормально?
- Да, нормально. Я, наверное, съела что-то не то. Вот и подташнивает.
- Мы остановились на Ване. Как у вас с ним продвигаются отношения? О свадьбе ещё не думали?
- Макс, мне не совсем понятен твой оживленный интерес его персоной. Давай поговорим о чём-нибудь другом. Я сомневаюсь, что ты захочешь услышать подробности наших с ним отношений.
- А если захочу?
- Макс, хватит! - укоризненно одернула она друга.
- Лера, я вижу, что что-то не так. Этим объясняется мой оживленный интерес. Я хочу знать. Почему ты выглядишь так, как будто тебя только что из петли вытащили?
- Макс, у меня умирает отец, как я должна выглядеть!
- Извини, но вы знаете об этом уже почти полгода. И я думаю, что причина не в этом.
- Мне всё равно, что ты думаешь! - сказала она, повышая голос. Встав из-за стола, и развернувшись, она вышла на улицу. Моросил мелкий дождик, тепла не было, несмотря на первые числа июня. Девушка подняла своё лицо навстречу освежающему бисеру и, вдохнув полной грудью, закрыла застилавшие слезами глаза. Макс вышел следом и закурил. Встав рядом он не смел нарушить тишину.
- Он уехал месяц назад. Оставил письмо с обещаниями и признаниями. С тех пор тишина.
- В смысле уехал? Куда?
- Думаю, домой.
- Ты знала об отъезде?
- Да, он говорил, что уедет. Но вышло всё как-то очень скомкано, даже без прощаний. Я не знаю, что произошло. Он уехал рано утром, оставив меня одну в моей постели. Письмо я получила позже у портье.
- Теперь более-менее понятно твоё состояние. Я уверен, всё наладится.
- Макс, к чему тешить себя напрасными надеждами. Прошёл месяц, а он даже ни разу не позвонил. Да и зовут его не Ваня, а Джон.
- Ну, так он же американец. Это вполне естественно.
- Ага, и фамилия его очень звучная оказалась, для России. Особенно для нашего захолустья.
- Не понял?
- Его зовут Джон Дьюз.
- И что?
- Тебе это имя не знакомо?
- Обычное имя, миллионы американцев имеют подобное.
