Джеймс остановился напротив витрины книжного магазина. Сначала Дункан издали молча наблюдал за другом, внимание которого сумело что-то привлечь, но вынужден был двинуться с места, когда тот зашел в магазин.
Он совершенно случайно заметил яркую обложку «Рождественской песни» Диккенса со знакомым изображением. Сперва, подумал о том, что ему могло показаться, но нет, похожий рисунок Джеймс уже видел, и он принадлежал руке Фреи. В конце концов, ноги сами завели его внутрь.
Колокольчик, подвешенный возле двери, разразился головной болью. Внутри оказалось много людей, и их шум сбивал Джеймса с толку. Тем не менее, разосредоточенность не мешала лавировать между людьми, чтобы достать с витрины чёртову книгу и начать листать её, вдихая запах свежесклееных хрустящих страниц.
Он рассматривал картинки в цвете, испытывая десткий восторг. Незнакомые фигуры оживали в его воображении, которое он мысленно делил с Фреей. Даже самые гадкие герои выдавались милыми, или, может быть, дело было в помутненном пивом сознании. Пятый стакан, наверное, был лишним.
В детстве он даже представить не мог о существовании книг с картинками, покуда ни одной подобной в их доме не было. Вместо сказок на ночь мать любила читать заученные напамять сонеты, что впитывались в кору детсткого головного мозга мимо воли и оставались там дотеперь. Он знал на память большую часть стихов не только прозаичного Шекспира, но Байрона и Шелли. Отец был любителем древнегреческих мифов, пересказы которых хотя бы были интересными, покуда он неизменно играл с тоном и мимикой, разыгрывая воображение мальчиков. Бывало даже, что Джеймс искренне верил в подлинность рассказанного родителем, пока не пошел в школу. Уже в шесть он сам читал Оливеру на ночь «Дракулу» и «Франкенштейна», украденные в школьной библиотеке и привезенные домой тайно. Кажется, парень до сегоднешнего дня не рассказал родителям об этой проделке брата, оставшейся никем не замеченной.
— Я и забыл о публикации. Фрея, наверное, и сама не знает, что книга уже в продаже, — Дункан появился, будто из ниоткуда. Подошел сзади и взял в руки ещё один экземпляр, чтобы пролистать страницы и узнать знакомых героев. — Ты читал?
Джеймсу хватило одного взгляда, чтобы дать короткий односкладный ответ, не требующий дальнейших разьеснений. Прежде ему не приходилось читать Диккенса вовсе. Его имя мелькало где-то на книжных полках, но к тому времени, как оно попалось парню на глаза, тот оставил привычку читать, находя более увеселительные забавы. Если Джеймс и брался за книгу, то только от скуки, да и к тому же выбирал наугад — вытягивал первую попавшееся из домашней библиотеки, забирал незаметно с собой, а затем также незаметно возвращал.
Он перевернул книгу, чтобы увидеть её цену. Ему не хватало совсем немного, но даже эту мелочь не хотелось занимать у друга, с которым едва успел расчитаться за все предыдущие долги. В то же время Джеймс чувствовал острую потребность в книге. Она была ему нужна. Со всеми своими дурацкими картинками и дурацким сюжетом о старом скряге, упрямо не верящим в Рождество. Ознакомимвшись только с описанием истории, Джеймс был уверен, что она покажеться ему увлекательной.
— Ты не будешь покупать её? — Дункан рассеяно оглянулся, когда Джеймс успел положить книгу на место и двинуться в сторону выхода. Он поплелся за другом, с трудом сохраняя терпение. — Куда ты идешь? Я думал, нам в другую сторону.
— Всё в порядке. Я всего лишь навещу старых друзей, — Джеймс спрятал руки в карманы, не бросив даже короткого взгляда в сторону друга. Ноги скользили по снегу, из-за чего он не мог идти ещё быстрее, что позволило Дункану идти с ним вровень, а не доганять.
— Должен признаться, всё это мне не нравиться. Что ты задумал? — в голосе было ощутимо бесспокойство.
— Ты начинаешь превращаться в Спенсера, — усмехнувшись, Джеймс достал пачку сигарет, ловко достал ртом одну и прикурил. Предложил другу, но тот отказался. — Послушай, тебе не обязательно идти со мной. Если хочешь вернуться, пожалуйста, я не держу тебя. Я обязательно приду. В конце концов, куда мне ещё деться? — он пытался сохранять тон безразличным, хоть в нем и чувствовалось нетерпение и отчасти даже бесспокойство.
— Ты действительно думаешь, что я тебя брошу? — обиженно спросил Дункан. — Я иду с тобой, только не вздумай больше сравнивать меня со Спенсером, — они оба переглянулись между собой и усмехнулись. — Должен признать, мне его не хватает.
— Полагаю, единственный человек, которого не хватает Спенсу, это Рейчел, поэтому тебе придеться забыть о своих чувствах, — Джеймс глупо рассмеялся, хлопнув друга по спине. Дункан закатил глаза.
