Над пропастью жизнь ярче полностью

Мишка, тот каждое утро, словно заклинание, начинал с одного: «Саша! Ты вчера была великолепна!»

Ее этот ритуал просто бесил. Но Мишаня искренне считал: он говорит изысканный комплимент.

– Тебе сегодня куда-нибудь надо? – спросил Зиновий.

– В институт, как всегда, – скривилась Саша. – Теоретически я могу успеть – к третьей паре…

– Брось. Пойдем лучше со мной.

– Куда?

– У меня в два часа ланч. С одним серьезным человеком. Если придем вместе – будет только лучше.

– А зачем мне идти с тобой?

– Ну, во‑первых, дядька этот, Виктор Валерьянович, всегда заказывает черную икру. На всех. И оплачивает счет, любой.

Саша уже рот открыла, чтоб высмеять столь несерьезную наживку. Но вовремя увидела: глаза Зиновия улыбаются.

– А во‑вторых, у него пунктик. Он давно ищет себе водителя-девушку.

Александра опешила:

– Ты меня трудоустроить решил?

– Ага, – не смутился Зиновий. – Как часть программы реабилитации.

– И чего водить? Лимузин?!

Саша представила картину: она пытается развернуть огромный «Кадиллак» в узком московском переулке перед пафосным офисным строением. А вокруг собралась другая персональная шоферня и обменивается ехидными комментариями.

– У тебя глаза сейчас огромные и очень красивые, – улыбнулся Зиновий. – Но ты сначала послушай, а потом возмущайся. Разумеется, у тебя не тот класс, чтоб к нему в наемные водители идти, на ежедневный график. Но свозить куда-нибудь на тусовку, дать мужику павлиний хвост распустить – почему нет? Тем более человек он щедрый, приятный в общении. И нам с тобой может оказаться полезным.

– Ага. С этого бы и начинал. Полезным в чем?

– Ну… это долгий разговор. Давай я сначала кофе сварю.

– Нет, господин шахматист, – покачала она головой. – Я хочу знать прямо сейчас – куда ты меня втянуть хочешь.

– Втянуть? – задумчиво повторил он. – Нет, это неправильное слово. Но я действительно успел подумать: как нам изменить жизнь. Обоим. Вряд ли мы с тобой станем делать традиционную, с девяти до восемнадцати в офисе, карьеру. Ну и что остается? Перебиваться случайными заработками? Братков в бур-козла обыгрывать? Как-то несолидно. Ты согласна? – взглянул испытующе.

– Ну… а какие могут быть варианты? – осторожно спросила она.

– Как какие? Схватить разом. Много, быстро – и убегать.

Сашины глаза округлились:

– Ты этого своего серьезного Валерьяновича ограбить, что ли, хочешь?

Зиновий развеселился:

– Ой, Сашка, ну что ты несешь! Какие из нас грабители? Шахматист и студентка.

– Или шулер – ну и м-мм… хороший водитель.

– То есть ты не против?

– Ну, мне бы тоже хотелось, – призналась она. – Чтобы было много-много денег. А потом уехать на край света. И ни о чем не думать.

– Значит, будем разрабатывать план?

– Нет, – вздохнула она. – Все грабители неминуемо попадаются. А мне в тюрьму нельзя. Я там умру сразу.

Погрустнела, сбросила его руку с плеча. Пробормотала:

– Слушай, я поеду.

– Сашка! – строго молвил он. – Ты сама нафантазировала, а теперь расстраиваешься. Какое, к дьяволу, ограбление? Виктор Валерьянович мой практически друг. Чиновник с хорошими связями. Мамаша у него вообще в Госдуме, глава комитета. Большие возможности у человека. И он всегда платит добром за добро.

– Каким же образом?

– Ну, например, человек очень любит преферанс. А мне проиграть не жалко. Валерьянович радуется, как ребенок. И подкидывает – в благодарность – клиентов, на бухгалтерскую отчетность. Офисы вместе с ним людям находим. У меня куча знакомых, у него связи в мэрии, в комитете аренды.

– А какая мне может быть от него польза?

– Ну, я, например, с помощью Виктора Валерьяновича каждый год справку получаю. Что тяжело, но не смертельно болен. Несу ее в институт и продлеваю академку. Черт его знает, вдруг когда-нибудь решу окончить? А ты, как не просто водитель, но практически чемпион по стритрейсингу, можешь потребовать у него… допустим, по пятьсот баксов за выезд. Заплатит без вопросов. Денег у него куры не клюют.

Саша задумалась. Как-то подозрительно все складно и вовремя получается.

– А туфли на каблуках и мини-юбку ты мне вчера специально купил? – насупилась она. – Чтоб этот твой дядька на меня запал?!

Сразу вспомнился недавний страх: что Зиновий специально подкладывает ее под врагов, своих или чьих-то.

– Ой, Сашка! Вот ты смешная! Я просто хотел тебя порадовать.

Он вскочил с дивана, взглянул на часы.

– Но если ты полна подозрений, сейчас мы опять поедем в магазин. Купим тебе какое-нибудь консервативное серое платье.

– У меня своя одежда есть, – буркнула она.

– Джинсы с кроссовками? Не годится. Ресторан дорогой, там строгий дресс-код. Ты родителям будешь звонить, что-нибудь объяснять?

Он за нее уже все решил.

И что теперь? Ломать его планы? Убегать? Куда, домой? Там, разумеется, будет страшный скандал: дома не ночевала и не предупредила. А откуда у тебя новая одежда? И что, вообще, происходит, почему ты забросила институт и до сих пор не отвезла американцам медицинскую справку?!

Куда лучше остаться в уютной, старомодной квартире. И умереть в ней. Желательно, не через день или год, а позже. Много позже.