— Так вы возьметесь за работу или мне поискать кого-нибудь другого? — спросила я, заметив, что другие портретисты с любопытством вытягивают шеи в нашу сторону и прислушиваются к разговору, готовые отхватить лакомый кусочек.
— Конечно, конечно, но…
— Триста долларов за срочность. Идет?
— Идет! — Художник чуть не подпрыгнул от радости. — Когда приступаем?
— Завтра утром.
Мы договорились о встрече в его мастерской, и Палыч бережно понес картину к машине.
— Палыч, я хочу заехать к себе на квартиру, посмотреть, как там и что. А вы часа три можете быть свободны, — обратилась я к своему молчаливому спутнику и назвала адрес.
Но меня интересовала не квартира. Мне почему-то ужасно захотелось увидеть Алену, узнать, как у нее дела, и рассказать о себе. Едва войдя в комнату, я позвонила подруге и попросила ее зайти на часок.
— Бегу! — ответила она обрадованно.
— Захвати кофе, — попросила я ее. — А то у меня здесь мышь в холодильнике повесилась.
Алена была такой же и в то же время другой. Длинноногая, худенькая, но лицо стало какое-то усталое, и на вид ей можно было дать уже не семнадцать, а двадцать-двадцать пять лет.
— Я так рада тебя видеть! — говорила она, ставя чайник на плиту. — Я все время тебя вспоминала. Была и вдруг исчезла. Куда? Я рассказала о тебе своим братьям и сестре. Ты знаешь, им ведь нечасто дарили подарки и поздравляли с праздниками. Вернее, им никто никогда не дарил подарков. А тут ты — совсем чужой человек… Спасибо тебе!
— Ты хочешь узнать, куда я исчезла?
— Спрашиваешь?!
— Скоро я выхожу замуж за богатого человека! — похвасталась я.
— Да ты что?! — всплеснула руками Алена. — Поздравляю! Повезло же тебе! А впрочем, чему удивляться? Ты красивая, добрая, честная, не то, что я. И кто же он?
— Он? Колобок с большим животом, бритой наголо головой, без плеч и с выпученными бесцветными, как у рыбы, зенками.
— Шутишь?! — Алена удивленно посмотрела на меня своими большими глазами.
— Да, и еще ему сорок пять лет, — добавила я грустно.
Повисла пауза. Наверное, Алена думала о том же, что и я: мы с ней похожи — обе продаем свою молодость, только каждая своим способом.
— Не пожалеешь? — задала она мне вопрос, который не вал мне покоя последнее время.
— Не знаю, — пожала я плечами. — Поживем — увидим,
— У тебя, наверное, будет обалденное платье? — предположила моя подруга, прикуривая сигарету.
— От кутюр. А хочешь меня в нем увидеть? Приходи к месту регистрации, — сообразила я.
— Приду! — обрадовалась Алена. — Только скажи, когда и куда.
Я назвала ей дату и место регистрации.
— А мне, наверное, не суждено надеть свадебный наряд, — опять загрустила моя подруга.
— Не говори так! — запротестовала я. — Когда-нибудь и ты встретишь свое счастье, наденешь роскошное платье и сядешь в белый лимузин, украшенный свадебными лентами, цветами и шарами.
— Твои бы слова да Богу в уши, — улыбнулась печально Алена.
— Расскажи, как твои родные.
— Что рассказывать? Получили весточку, что отец умер на зоне. Братья учатся и подрабатывают по выходным грузчиками на рынке. Сестричка ходит в школу, уже засматривается на женихов. Хочется ее приодеть хоть немного… Ты знаешь, я сделаю все, чтобы она не стояла, как я, у дороги.
Мы пили кофе и молчали, погрузившись в грустные мысли.
— Ты хоть любишь его? — решилась наконец спросить Алена.
— А ты бы полюбила такого? — отшутилась я, и мы долго смеялись.
— Толстого? — сквозь смех спрашивала Алена.
— Вот с таким животом, — показывала я, и мы снова заливались хохотом.
— А он хоть видит, что находится у него внизу живота?
— Ты что?! Как же ему увидеть? Он уже забыл, как эта штука выглядит! — смеялась я до слез.
Нахохотавшись от души, Алена достала тоненькую сигаретку и опять закурила.
— А ты знаешь, Катя, он все равно меня убьет, — глухо сказала моя подруга.
— Кто? — не сразу поняла я.
— Тот маньяк, что меня избил. Помнишь, ты спасла меня от него?
— С чего ты взяла, что он хочет тебя убить?
— Он меня преследует. Однажды, когда я стояла одна, этот тип подъехал и не стал тянуть в машину, а просто приоткрыл дверцу и сказал: «Я давно хочу испытать оргазм на дергающемся в последних конвульсиях теле. И этим телом будешь ты!» Потом хлопнул дверцей и уехал.
— Он просто пугал тебя, глупышка, — погладила я тонкую руку подруги, пытаясь ее как-то успокоить.
— Нет, Катюша. Его машина ехала за мной по темному кварталу, когда я шла от клиента к такси. Мне еле удалось удрать. Второй раз он поджидал меня у подъезда, когда я выходила из дома. Хорошо хоть клиент был нормальный. Я вернулась к нему и просидела там до утра. Машина этого больного тоже, кстати, простояла у дома до утра. Вот так-то!
— Запиши номера и обратись с заявлением в милицию, — посоветовала я. — Пусть вызовут его, припугнут.
— В милицию? — горько усмехнулась Алена, отпивая кофе. — А кто я для них? Никто! Я — проститутка, на которой зарабатывает не только сутенер, но и они. Для ментов мы — отбросы общества. Даже если со мной что-нибудь случится, никто и пальцем не шевельнет.
— Запиши мне номер машины, — протянула я ей свои блокнотик и ручку, достав их из сумочки.
— Зачем?