Отец был поражен чувствительностью рук и познаниями в медицине деревенского парня, но решил проверить их еще на себе.
Лекарь предложил ему раздеться и лечь на раскладушку. Его крупные, грубые руки легко заскользили по телу. Иногда он придавливал некоторые участки живота, груди, спины и при этом как бы прислушивался к своим ощущениям. Наконец, он сделал вывод:
– Запас вашего здоровья до девяноста лет, если не случится какого-либо несчастья. Ваше слабое место – печень. Спиртным не увлекайтесь, даже по праздникам. Сердце великолепное. Есть у вас болячка, она всегда будет с вами, но особых волнений не принесет.
Отец был доволен осмотром. Лекарь подтвердил диагноз обследования в городской больнице.
– Почему вы с таким талантом в городе не работаете? – поинтересовался отец.
– Там я не столько людей лечил бы, сколько доказывал свою правоту. А может, и совсем потерял бы способность помогать людям. Грех растрачивать попусту дар небес.
Отец с уважением посмотрел на лекаря. Мы попрощались.
Назад ехали молча. Я вспоминала, как весной привезла дочь соседки из города полуторагодовалого сына с воспалением кишечника. Два месяца лечили его в нашей больнице таблетками. Собьют температуру, выпишут ребенка, а через день у него – сорок градусов. И снова везут малыша к врачу. Мать уговаривала дочь дать ребенку кусочек пленки от желудка курицы: «Будешь потом мучиться тем, что не все сделала для своего ребенка. Прошлым летом этим лекарством я вылечила Вальку Петрова, комбайнера с нашей улицы. Бедный на полчаса от уборной отойти не мог». Дочь не решалась и со слезами отвечала: «А вдруг умрет, что я мужу скажу?» Ребенок сделался прозрачным. Простынки не успевали сохнуть. У мальчика уже не хватало сил стонать. Мать сказала дочери: «Не плачь, видно ему судьба такая. Еще родишь». И тут дочь послушалась мать, дала сыну деревенское средство. А утром малыш есть запросил…
– Папа, а почему врачи не признают народную медицину? – спросила я.
Обычно медлительный, он ответил сразу, видно сам думал о том же:
– Не разрешают им. Боятся, что навредят. У нас во всем крайности.
Я не стала вдаваться в тонкости и подробности глобальной темы и больше не приставала с расспросами. Тишина морозного вечера и легкое поскрипывание саней располагали к приятным размышлениям. Вспомнила как, возвращаясь от стариков большой компанией на трех санях, попали в метель. Лошади стали, не имея сил пробиться сквозь огромные наметы. Никто не ныл и не паниковал, хотя с нами были маленькие дети. Я тогда подумала, что проще съездить в город на поезде, хоть до него сто двадцать километров, чем к родственникам, до которых всего шестнадцать. Ночь провели в поле в борьбе с разбушевавшейся стихией и в спокойной деловой заботе о малышах. Вернулись на следующий день голодные как волки, возбужденные и счастливые удачным завершением неожиданного происшествия.
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ
Утро. Солнце уже распахнуло очи и ласково глядит на землю. Пугливые лучики колеблются, лукаво дразнятся и исчезают. Потом опять вспыхивают. Мне приятна их игра. Грустно ли мне, радостно ли – в первую очередь я доверяю свою душу природе.
Почитала немного, не вылезая из постели, и пошла завтракать.
Четырнадцатое марта – первый день весны по старому стилю. Мне кажется, что он всегда солнечный. Выглянула в окно. Вот и сегодня небо высокое, нежно-голубое, облака редкие. Солнца так много! Кажется, что сияют хаты, деревья и даже воздух блестит. Искрятся бесчисленные россыпи звездочек на снегу. Восторженные воробьи по-особому суматошные, шумные, суетливые. Тяжеловесные вороны не так противно каркают. Они, как добродушные старушки, не в меру любопытны и от этого приятны.
Мне сегодня тринадцать лет. Я получила разрешение не заниматься домашними делами, поэтому пару часов могу позволить себе погулять на улице. Всюду слышу шуршание капели. А говорливые ручейки только на дороге. Кое-где на склонах земля обнажилась. Лыжи стремительно мчат меня по обледенелой горе, а потом еще долго скользят по хрупкому насту низины. Из-под них во все стороны разлетаются кусочки льда. Ощущение полета сладостно. Грудь переполняется восторгом.
Я глубоко вдыхаю пропитанный солнцем воздух, прикрываю глаза, стою молча и восхищенно. Теплые волны воздуха обнимают меня. Я млею от избытка радостного. Лицу приятно, но спина начала мерзнуть. Опять побежала на гору. Замечаю красный рябиновый куст на снегу. Поредели, поблекли его грозди. А городской клен так и не сумел за зиму сбросить пучки семян. Стволы берез ослепительно белые. Празднично искрятся и позвякивают на них хрустальные подвески. Хорошо!
Смотрю, Гошка ко мне бежит. Он наделен качествами сокрушителя и обычно является предвестником всевозможных неприятностей. Сворачиваю с дороги с твердым намерением не общаться с двоечником со станции. Против ожидания, Гошка подскочил радостный, дурашливо сделал под козырек и бодро произнес:
– С днем рождения тебя!
Я расплываюсь в вежливой настороженной улыбке.
– Хошь анекдот в подарок!
– Валяй, – согласилась я опрометчиво.
