— А солнце как зеркало.
— Снег сказочный. Искрится. Смеется. Радуется.
— Он дарит нам радость зимой, а то ведь зеленого наряда нет.
— Ветра нет. Веточки не качаются. Застыли в ожидании.
— На ветках елок красивый снежный узор. Они как из волшебного царства!
— А на столбиках ограды — шапки пушистые, — все это говорили школьники.
Они наперебой торопились красиво сказать об увиденном в парке. Глаза светились, на лицах восторг.
— Ребята, люблю Сент-Экзюпери! Помните его слова: «Не привыкайте к чудесам! Дивитесь им, дивитесь!» Не привыкайте к красоте, замечайте ее, впускайте в свои души. Все. По местам! — весело командует Лидия Ивановна. — Сегодня будем изучать омонимы. Когда я произношу слово «лук», что вы видите перед глазами?
— Зеленый лук на грядке.
— Головку фиолетового лука. Моя бабушка его выращивала, когда я была маленькой. Она говорила, что этот лук самый вкусный.
— Лук со стрелами, — вдруг выпалил мальчик с первой парты.
Он ерзал от нетерпения и всевозможными движениями изображал умение стрелять из лука. Учительница не поругала его, а, наоборот, приветливо и одобрительно улыбнулась и направилась к ребятам на задней парте. Они шушукались, обсуждая тему: «Противный вареный лук в супе».
— Предложи мне, пожалуйста, новое слово, имеющее разные смысловые значения, — попросила Лидия Ивановна у одного из них.
— Батарея, — неуверенно сказал мальчик.
— Молодец! — воскликнула Лидия Ивановна.
Ребята весело занялись разбором интересного слова. «А мы на русском все пишем да пишем упражнения из учебника», — подумала я.
Пока ребята обсуждали тему, учительница успела поставить много отметок. Некоторым по две и по три: за сообразительность, за быстроту мышления, за оригинальный, точный и веселый ответ. Потом все писали сочинение-миниатюру на тему: «Описание животного». В конце урока Лидия Ивановна прочитала одно вслух.
«Мой папа любит животных. У него было две лошади. Мы с папой ухаживали за ними. У одной был длинный нос, и она любила встряхивать черной гривой и прижиматься ко мне теплым боком. Глаза у нее добрые, покорные. Когда я подходил к ней, она мягкими длинными губами брала из моих рук свежую траву. Мы с папой часто ездили в ночное».
В классе стояла задумчивая тишина. Я знала, что у мальчика нет родителей, и понимала, что о чем бы он ни писал, для него главное — «мы с папой». Сердце сжалось — мне это до боли знакомо.
— Очень приятно, что сегодня в тридцати словах у тебя только пятнадцать ошибок. Помнишь, в прошлом сочинении ты сделал шестьдесят. А у тебя, Галя, сегодня только пять ошибок. Молодец! К седьмому классу вы все будете писать грамотно, — ободряюще сказала учительница.
Прозвенел звонок с урока. Ребята загремели партами.
— Я разве позволяла покинуть класс? Вот теперь можно, — улыбнулась Лидия Ивановна.
— Галь, дай линейку! — через весь класс кричит знакомый мне мальчик.
— Вадик, а если ты так скажешь: «Галя, тебя не затруднит подать мне линейку?» Или иначе: «Не можешь ли ты дать мне линейку?» Или совсем просто обратись к девочке, вспомнив так необходимое всем нам слово «пожалуйста». Это не словесное «барокко», а элементарная культура речи, — мягко пояснила Лидия Ивановна.
Пока Леша бегал в раздевалку за одеждой, я спросила учительницу:
— Вам приходилось всем ставить за сочинения двойки?
— Нет. Когда проверяю работы, я представляю мир ученика, смотрю на жизнь его глазами, даже читаю текст его голосом и темпом. Я знаю, где и почему он ошибается. Домашние дети более самоуверенны, и учителя часто воспринимают как ментора.
Детдомовских детей надо глубоко чувствовать. Они скорее откликаются на понимание, больше ценят добро. Их мир ограничен детдомом, поэтому им в большей степени важен контакт с учителем. Ты слышала, как Дима на уроке сказал: «Ма! А у вас сегодня такая же кофта, какая была у нашей любимой дошкольной воспитательницы». Он так вдохновенно перенесся в теплый мир дошкольного детства, что не заметил даже, что назвал меня мамой. Такое часто случается, особенно когда им хорошо.
Детская душа помнит, оценивает, проводит параллели. Мир детей в таких учреждениях должен быть единым и взаимопроникающим с миром учителя. Не с любым классом сразу все получается. Если аккорд настроя выбран удачно, хорошо прозвучал, то и три урока пролетят незаметно. Не со всяким учеником можно быстро найти контакт. Некоторым нужен восторг и в быту и в учебе. У нас это называется «впадать в прелесть». Я слежу, чтобы у них не появилась гордыня, чтобы ученики не переходили грань самооценки. Самолюбование опасно. Самоуважение у них надо развивать. В основном у этих детей заниженная самооценка. Я откровенно говорю с детьми о сложностях их характеров.
Откликаются ребятки на все хорошее, есть в них желание познавать, но багаж знаний маленький. Я часто напоминаю им, что здесь вы одна семья. Главное для вас — откровенность, честность, уважение. У всех людей трудностей в жизни хватает. Ваши — там остались. Здесь вам лучше. Очень многое зависит от вас самих. Они верят мне.
— А как вы думаете, из них отцы и матери настоящие получатся?
