Проходил час за часом, пока отряд преодолевал мили, ведущие к городу язычников. Но с каждым шагом внимание Матеона переключалось с того, что происходило вокруг, на то, что происходило с ним самим. Его рюкзак каким-то образом увеличился в весе вдвое. Пот стекал по его лицу, шее и спине. Из-за изувеченных ступней казалось, что ботинки наполнены битым стеклом.
Дайджаку над ними летели вперед, пока не превратились в пятнышки в небе. Вот и все, что они сделали, присматривая за солдатами. Они были сами по себе. Наедине с дорогой и болью.
— Что за хрень с тобой происходит? — прошипел Франкос вскоре после полудня. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не упадешь.
— Я... в порядке... — солгал Матеон. Как бы ему хотелось снять шлем и подышать свежим воздухом. В горле у него пересохло, но он допил свой последний бурдюк с водой и не осмелился попросить кого-нибудь из остальных поделиться своим.
— Если он упадет, мы пройдем прямо по нему, — сказал Тринон. — Может, пырнем его ножом, когда будем по нему идти.
— Сколько времени до следующей остановки? — спросил Франкос.
— Я, блядь, не знаю. Пять минут? Десять, самое большее.
Франкос ускорил шаг, чтобы поравняться с Матеоном:
— Ты сможешь продолжать идти так долго?
— Я... думаю, да, — невнятно пробормотал Матеон. Во имя Кейджа, даже говорить было трудно. Его зрение было ненамного лучше. По краям все начинало расплываться.
— Гребаный желудь, — выплюнул Тринон.
— Полегче с ним, — огрызнулся Франкос. — Ты думаешь, Пол поблагодарит нас, если он скопытится?
— Я... в порядке, — сказал Матеон. — Я могу... продолжать. — В конце концов, боль — это хорошо. Его подарок Кейджу. Тому, кто всегда наблюдает. Это было его испытание, и он не потерпит неудачу.
Затем он что-то увидел. Впереди, посреди дороги. Он прищурился, не уверенный, показалось ли ему это:
— Что... что это?
— Что что? — спросил Франкос.
— Впереди. — На дороге виднелась какая-то фигура. Белое на фоне грязи.
— Блядь. — Франкос схватил Матеона, заставил его остановиться.
— Что вы делаете? — сказал Тринон, чуть не врезавшись в них.
— Прикажите всем остановиться. На дороге тело. Похоже, один из наших, — сказал Франкос.
— Блядь. — Тринон тоже это увидел.
Франкос потянул Матеона вниз, так что они оказались на коленях.
— Уходи. Сейчас же, — приказал он Тринону; дуб сорвался с места и побежал обратно к отряду. — Где эти гребаные Дайджаку?
Матеон не знал. Он был просто рад стоять на коленях, а не идти:
— Во... воды.
Франкос сунул ему в руки бурдюк с водой:
— Не пей слишком много. Тебя стошнит.
Матеон поднял маску-череп достаточно высоко и глотнул воды.
Тринон вернулся к ним:
— Пол сказал пойти и проверить это дело.
— Верно, — сказал Франкос. Он схватил Матеона за подбородок и повернул его лицом к дубу:
— Ты готов?
Матеон кивнул, хотя и не знал, с чем соглашается.
— Хорошо. Тринон, ты берешь правый фланг. Следи за гребаными деревьями в поисках джиззи. Усек?
Тринон поднял пику:
— Усек.
Франкос ткнул пальцем в грудь Матеона:
— Ты берешь левый фланг. Следи за камнями. Увидишь что-нибудь — хоть что-нибудь — тогда кричи, мать твою. Усек?
— Да... да… Я понял. Левый фланг.
— Хорошо. Я беру тело. — Франкос переступил с ноги на ногу, готовясь двигаться. — Вы оба, блядь, держите глаза открытыми. Я не хочу умирать сегодня.
Матеон кивнул, все еще не в себе. Но Франкос и Тринон ушли, и ему пришлось догонять их. Он бежал, не обращая внимания на боль, на першение в горле, сжимая в руке пику. Франкос был прав — это был солдат Эгрила. Неподвижный солдат. Мертвый. Кто его убил? Он поднял голову, осмотрел гору. Только камни. Там никого не было.
Франкос остановил их в пяти ярдах от тела.
— Подождите здесь. Следите за джиззи.
Матеон снова опустился на одно колено, лицом к горе, втягивая воздух, пика направлена наружу, как его учили. Он оглянулся на отряд, находившийся в двухстах ярдах от него. Все солдаты там сделали то же самое. Даже Избранная соскочила с лошади, с дубинкой в руке. Только генерал и Тонин остались верхом, еще дальше позади своих людей. Матеон посмотрел вверх: голубое небо над головой, никаких признаков Дайджаку.
— Что за хрень? — Франкос был у тела. Он повернулся к остальным, держа в руках шлем. — Это просто доспехи. Нет тел...
Стрела попала ему в спину. Он выгнулся дугой от удара, уронив шлем, потянулся назад, как будто хотел вытащить стрелу, а затем начал падать. Он ударился о землю, когда вторая стрела пролетела мимо лица Матеона, ударившись о землю.
— Бежим! — крикнул Тринон, хватая Матеона за плечо и поднимая его на ноги. Они побежали к канаве, когда посыпались новые стрелы.
Затем прогремел первый взрыв.
Матеон полетел в канаву, ударившись головой, и свернулся калачиком, когда на него посыпались грязь и камни. Тринон был рядом с ним, крича что-то, чего Матеон не мог расслышать из-за звона в ушах.
