Они остановились на дороге. Справа огромная канава отделяла дорогу от горы, которая поднималась все выше и выше — сплошь иззубренные скалы и гигантские валуны, такие высокие, что у Дрена кружилась голова при одном взгляде на них. Левая сторона тоже была не слишком привлекательной: кустарники, деревья и заросли с большим количеством шипов. Остальные спешились и начали разгружать фургон.
Креза указала прямо перед собой:
— До Анджона примерно полтора дня пути. Мастик спрячет фургон и лошадей, пока остальные будут готовиться к приему Черепов.
— Если они придут, — сказал Дрен, глотнув воды, чтобы успокоить горло.
Креза улыбнулась:
— Придут.
Дрен спрыгнул вниз, затем оглядел гору и кусты:
— Мы же не собираемся ждать их здесь, ага?
— Мы вскарабкаемся на гору. Примерно в двадцати футах есть тропинка, где мы будем скрыты от дороги. Мы будем прятаться там, пока они не придут.
Дрен снова посмотрел на гору и вздохнул:
— Отлично. Я надеялся, что мы будем карабкаться.
Креза хлопнула его по плечу, на его взгляд, слишком сильно.
— Молодец, что вздремнул, немного подзарядился. — Она взяла колчан со стрелами и повесила его на плечо.
— Спасибо. — Дрен прошел в заднюю часть фургона, жалея, что он не со своей командой, а с этими незнакомцами.
Фургон был пуст, если не считать маленькой коробки с шарами. Его снова пробрала дрожь. На нем были перчатки, но он все равно не мог заставить себя прикоснуться к ним.
Один из ханранов наблюдал за ним — Мастик или как там его звали — тот, который спрячет фургон. У него было странное выражение лица, как будто он учуял запах чего-то гнилого.
— Ты же не хочешь поменяться местами, так? — огрызнулся Дрен. Мастик отвернулся так быстро, как только смог. — Ну, я так и думал. Не виню тебя.
Креза подошла с Силкой и двумя другими. Дрен должен был спросить их имена раньше, но он слишком устал, чтобы беспокоиться об этом сейчас. Затем он заметил, что пятеро Шулка образовали полукруг вокруг него.
— Прежде чем мы уйдем, напомни нам, как работают бомбы, — сказала Креза, понизив голос. — Не хочу никаких неприятностей.
Дрен открыл коробку, чтобы все могли увидеть шары.
— Они просты в использовании. Ты просто даешь им кровь — размазываешь, плюешь, капаешь, не имеет значения. Чем больше крови, тем быстрее они активируются. Внутри есть жидкость, которая нагревается. В тот момент, когда ты увидишь, что жидкость закручивается, бросай шар. Держи его подольше, и ты вместо этого умрешь.
Креза посмотрела на остальных:
— Поняли?
— Легко, — сказал Мастик, но он не смотрел ни на Крезу, ни на шары. Он наблюдал за Дреном, серьезно глядя на него.
— Что-то не так? — спросил Дрен, зная, что что-то не так.
— Ну, «убийца», что-то вроде того. — Креза посмотрела ему прямо в глаза, вся доброта исчезла, она вытащила стрелу из колчана. — Я рассказывала тебе о моем брате — моем младшем брате — и о том, что он умер. Я любила этого человека. Храбрый, умный, забавный. Благодаря ему я выжила в той заварушке в Гандане, а потом он, не колеблясь, отправился на юг со мной и Джаксом, чтобы продолжать сражаться.
— Я помню, — сказал Дрен пересохшим ртом.
— Но я не рассказала тебе, как он умер. — Креза проверила натяжение тетивы своего лука. — Видишь ли, он был на страже несколько ночей назад. Возле склада в доках. Простая работа. Следил, чтобы никто не беспокоил босса, пока он разбирался с местным нарушителем спокойствия.
Дрен знал, кто этот нарушитель спокойствия. Знал его слишком хорошо:
— Мы с Джаксом все перетерли. Мы помирились.
— Я знаю, — сказала Креза с холодной улыбкой. — Нам всем это сказали. Но мы говорим о моем младшем брате, и ты, «убийца», размозжил ему мозги камнем.
— Послушай… Извини… Тогда мы были не на одной стороне. Я…
Мастик ударил его кулаком прямо в челюсть, быстро и сильно. Дрен упал на колени, а затем чей-то ботинок опрокинул его на спину.
Креза наклонилась и плюнула на него:
— Конечно, мы были на одной стороне. Мы все гребаные джиане, так? Я не вижу гребаной маски на твоем лице.
— Прости... — Он подался назад, пытаясь найти хоть какое-то пространство. Он должен встать на ноги.
— Какой толк от твоего «прости» моему брату, а? Это вернет его обратно? Нет, блядь, не вернет!
— А как же Черепа на дороге? — В голосе Дрена прозвучало отчаяние. Он знал это, но ему было все равно.
— Мы позаботимся о Черепах. В конце концов, мы лучшие из лучших.
— Так ты собираешься меня убить? Это сделает тебя таким же, как я.
Креза рассмеялась:
— О, я не такая, как ты. Нисколько. Я дам тебе шанс, прежде чем пущу стрелу в твое сердце. Беги так быстро, как только сможешь, и, может быть, Боги позаботятся о твоей жалкой заднице, и ты сможешь выжить. Но если это случится, чтобы я больше не видела тебя на улицах Киесуна.
Она отступила, давая ему место. Остальные последовали ее примеру. Дорога обратно в Киесун исчезала в темноте.
Дрен поднялся на ноги, переводя взгляд с одного ханрана на другого, ожидая удара ножом или мечом в живот, но ничего этого не последовало.
— Так не должно быть.
— Должно, — выплюнула Креза. — А теперь беги.
