– И вы хотите туда отправить меня…
– Ты нам очень нужна, без тебя мы не справимся. – Морисон заглянула ей в глаза, взяла за руку. – Твой брат, Никита, ему нужна твоя помощь. Понимаешь? Его без тебя могут убить. Только ты можешь попасть в этот орден, только ты сможешь узнать, что им известно о нас и почему они пытаются нас убить, и только ты можешь спасти наших людей.
Лера опустила глаза, неуверенно высвободилась из рук Морисон и уткнулась в экран нано-сэда.
– А что будет потом? – задумчиво перелистывая фото на нано-сэде, поинтересовалась Лера. – Что будет, когда я выполню задание? Я буду служить этому ордену до конца дней?
– Нет, ты там не останешься, – ласково сказала Джанет, погладив Леру по плечу. – Тебя заберут. Когда все закончится, ты сможешь найти брата и жить спокойно.
Лера недоверчиво уставилась на Морисон.
– Мы с Никитой окажемся на Хеме. А Женя?
– Женя останется здесь. Но если подумать, это не так уж и плохо. Она будет обеспечена, она будет в безопасности.
– Как я, например? – горько усмехнулась Лера. – И почему мне кажется, что вы никогда не оставите нас в покое? И даже если мы с Никитой останемся там и захотим жить спокойно, вы будете нас шантажировать Женей. Или, что еще хуже, отправите ее в эту Хему так же, как и меня с Никитой.
– Я никогда никого и никуда не отправляла, – строго ответила Морисон.
– Но ведь мне угрожали!
– Спецслужбы используют иногда весьма варварские способы убеждения, – вздохнула Джанет, – но я не думаю, что они причинили бы вред тебе или твоей сестре. Ты нужна нам, нужна своему брату, понимаешь? Без тебя, если ты все не разузнаешь, ему грозит опасность или даже смерть.
У Леры в глазах заблестели слезы.
– Откуда мне знать, что он еще жив?
– Смотри, – улыбнулась Морисон, активировав свой нано-сэд и перекинув на монитор папку с аудиофайлом. – Это запись последнего разговора Никиты. Я тебе его не должна давать, но ты ведь никому не скажешь… – Морисон заговорщицки улыбнулась.
Лера утерла рукавом брызнувшие слезы, шмыгнула носом:
– Нет, не скажу, ни за что не скажу, – пообещала она.
Морисон включила запись.
«Берналь, это Агила, прием, как слышно?» – послышался голос Никиты.
Лера вздрогнула, как же давно она его не слышала. Девушка вслушивалась в каждое слово, это была не полная запись, нарезка из фраз, и говорил здесь только Никита, другого собеседника вырезали. Но и этого было достаточно, чтобы зародить в ее сердце надежду, чтобы успокоить.
– Видишь, все хорошо, – улыбнулась Морисон. – Он принял задание, с ним все в порядке.
– Как давно была сделана эта запись? – спросила Лера.
– Пару дней назад, – слишком торопливо ответила Джаннет, но, заметив подозрение в глазах Леры, расплылась в улыбке, снова погладила ее по светло-русым волосам. – Если еще будут, я тебе снова дам послушать. Договорились?
Лера часто закивала, с благодарностью глядя на Морисон, а затем застыла, глядя перед собой.
– Я только одного не пойму, – медленно сказала Лера. – Как мое нахождение в этом ордене может спасти землян? Что такого я должна сделать или узнать, чтобы они прекратили преследовать нас?
– Твое нахождение там очень ценно, моя девочка. Мы должны уничтожить этот орден, он очень опасен. А ты нам в этом поможешь… – Морисон улыбалась, заботливо заправляла волосы Лере за ухо, так когда-то делала мама, когда Лера была маленькой.
– Поможешь ведь? – ласково спросила Джанет.
Лера серьезно посмотрела на нее и ответила:
– Я сделаю все, что в моих силах.
Санджей и Роэн Рам прилетели в Акшаядезу несколько часов назад и теперь слонялись по парку в одежде имперских граждан, неподалеку от монастыря неприкасаемых. Санджей чувствовал себя неуютно в этой одежде, да и общество Роэна его едва ли радовало. Роэн пытался быть с ним вежливым и сдержанным, только вот наследник клана Гиргит только внешне изображал приличие, внутри же он был совершенно другим. Резкий, вспыльчивый, грубый, жестокий. Санджей еще во дворце Рамов насмотрелся, как Роэн ведет себя с прислугой и со своими наложницами, которых у него было неприлично много. Невозможно было не видеть, ведь комнату Санджея и Роэна разделяла только стена. И Санджей невольно смотрел сквозь эту стену, когда из-за нее доносились шум и крики. И за этого человека Симар, а теперь и отец собираются выдать Ашанти? Тихую и милую Ашанти с кротким, покладистым характером? Санджею становилось не по себе только от одной мысли об этом. Нет, как только он вернется, он обязательно все расскажет отцу.
– Ты как, готов? – привлекая внимание, ткнул его локтем в бок Роэн.
Санджей недовольно взглянул на него, потирая бок, и ничего не ответил. Он взглянул вдаль, где над парком возвышался холм и монастырь неприкасаемых на нем. Неприступная крепость, десятиметровая стена, опоясывавшая здание, скрывала от посторонних глаз все, что находилось за ней, и только несколько верхушек крыш башен выглядывали изза стены.
