– Завтра у тебя новый тренер по бою на ножах. Гюрза. Она хотела дать тебе меч, но я отговорил – не дай Свет, себе пальцы поотрубаешь. Думаю, если научишься работать с обеих рук вот этим, – и он сунул мне в руки два тяжелых кинжала, – толку больше будет.
Я позавидовала оптимизму Сайна. Лично я была уверена, что хрен редьки не слаще, и настоящими, а не тренировочными, как сейчас, ножами я зарежусь с не меньшим успехом, чем мечом. Даже стараться особо не придется. Возражать же ему было бесполезно, я это знала, поэтому обреченно вздохнула и пошла к себе, переодевать намокшую под дождем одежду.
Мое утро в те дни начиналось обычно с библиотеки. Трясущимися после тренировки руками я исписывала несколько десятков листов дорогущей багатской бумаги мудростью веков.
Попадались, правда, весьма занятные вещицы. Например, актуальное: «Как отрастить сломанный ноготь за полповорота». Или веселое: «Как отвадить от себя поклонника своего пола».
Про обычные отворотные заклинания я и не говорю, их в каждой книге было по два десятка. Даже непонятно, почему при таком выборе эффективных, судя по описанию, средств, человечество до сих пор мучается от несчастной любви. Единственное объяснение – проблемы с ингредиентами… В одном рецепте, к примеру, требовалась чашка слюны черной курицы, в другом – теплый свежий помет черного дракона пополам с яйцом морской черепахи. Внутрь!
Бррр… Наверное, нужно было есть эту гадость и красочно представлять себе физиономию человека, которого ты хочешь разлюбить. Или угостить этим средством незадачливого воздыхателя – любовь приходит через желудок, а значит, и уходит схожим путем. Тогда, соглашусь, метод действительно должен иметь эффект! Вот только парочку добровольцев, чтобы это проверить, я вряд ли найду.
После прочтения очередного чудодейственного средства я просто скатилась на пол. В солидном на вид фолианте был обнаружен следующий шедевр полета мысли: «Заклинание о выпадении цветов из ушей и иных отверстий тела, выросших по заклятию другого мага или ошибке в собственных чарах». Видать, были прецеденты.
Я представила Дайона с тюльпанами в ушах, а Сайна – с легкомысленными ромашками в носу и, хрюкая и всхлипывая, очутилась под столом.
Заклинание, и правда, очень полезное! Я так и не поняла, почему зловредную растительность нельзя было просто вырвать – судя по картинке, корни располагались прямо в слуховом проходе. Впрочем, и не только в слуховом (тоже, кстати, красочно проиллюстрировано!). Предполагаю, господину, что вырос в собственной родовой башне магов (была у них до войны такая мода – в башнях селиться), магистру Чучую, было неведомо такое простое явление, как банальная прополка. А может, он и ложку ко рту леветировал, кто знает?
Слышала я о таких лентяях, живших в Довоенные Времена, наделенных потенциалом в таком количестве, что энергию девать некуда было. В общем-то, они первые от инквизиции и пострадали.
Я рассказала сей анекдот Волку, и по Трехглавому Замку поползла упорная байка, будто бы у меня(!) в ушах выросли красные маки (!!), а Волк (!!!), боясь повредить грубой прополкой мой и без того ущербный мозг, применил вышеупомянутое заклинание.
Когда эта история достигла моих ушей, Дайон проснулся с букетом астр в носу. Вот и пригодился плод бессонных ночей магистра Чучуя. Дайон вернул мне выращенные мной же с таким трудом (я на них полночи убила!) астры и пообещал, что больше так шутить не будет. А как будет – он мне пока не скажет. Потому что уже думал весь день и ничего не придумал. А то, что он про меня за это время надумал, все равно в приличном обществе нельзя ни в словах воспроизвести, ни в жестах.
А на плацу Гюрза планомерно изо дня в день увеличивала мне количество синяков деревянными учебными кинжалами. Сайн лично попросил ее мной заняться. Знаменитая в магических кругах боевая ведьма полностью оправдывала свое имя. То она двигалась обманчиво неспешно и плавно, как вода, то жалила неожиданным резким и точным броском.
После ТАКИХ тренировок дрожали не только руки – нещадно ломило спину, ноги отказывались сгибаться и разгибаться, а синяки делали меня похожей на жертву камнепада.
Впрочем, мои навыки становились лучше и лучше – боль и досада служили хорошей мотивацией для тренировок, и часто я задерживалась во дворе до глубокой ночи, отрабатывая нужные движения с воображаемым противником.
Только два человека не замечали результат моих стараний. Сайн усмехался и неизменно заставлял снова идти на плац. А Гюрза и вовсе не ощущала разницы. Несмотря на всё моё усердие, я всегда запаздывала за ее реакцией и казалась себе косолапым щенком рядом с ловкой и хитрой кошкой. А до экзамена – всего половина луны…
Я сидела на своем диванчике, мрачно разглядывала кровоподтеки и ссадины, оставленные на моих руках учебным оружием, и размышляла, свести их магией или просто надеть что-нибудь с длинными рукавами.
