Надежда Тальконы [СИ] полностью

Надежда в нижнем белье, кутаясь в одеяло, сидела, с ногами забравшись в кресло и просматривала новые информблоки, когда, как всегда бесшумно, вошла Альгида.

— Рэлла Надежда, Праки Найс просится к Вам на прием.

— А просто так он, конечно же, зайти не может? — Выдержала небольшую паузу. — Хорошо. Передай, что я приму его в кабинете, и, пожалуйста, найди мне какое-нибудь платье. Я представления не имею, что именно я сейчас могу надеть…

Альгида поняла ее неправильно и принялась утешать:

— Не переживайте, Рэлла Надежда. Праки Милреда сказала, что фигура постепенно восстановится.

— А с чего ты вообще взяла, что я переживаю? — Вслух удивилась Надежда.

Найс вошел в рабочий кабинет Алланта минутой позже своей Праки, при этом, умудрившись заранее не попасться ей на глаза. Приветствие начальника охраны было ритуальным, но нескрываемо радостным. Он, действительно, был счастлив, увидеть свою Праки в добром здравии.

Надежда пригласила его присесть. Она всегда испытывала неловкость при официальном общении с этим человеком, годящимся по возрасту и опыту в отцы или наставники.

— Я слушаю Вас, Праки Найс.

— Рэлла Надежда, по традиции Император Тальконы представляет своего наследника двору на третьи сутки после рождения, официально называя его имя. Его Мудрость Аллант временно отсутствует на Тальконе. Может быть, Вы сами, Рэлла Надежда, проведете эту церемонию? Если, конечно, хорошо себя чувствуете. И пожалуйста, не говорите мне «праки», так не принято.

— Хорошо. Но Вам необходимо будет заранее мне объяснить, что я должна делать и говорить на вашей церемонии. Ведь там, наверняка, должны быть какие-то определенные правила?

— Рэлла Надежда! — Искренне обрадовался Найс — я, конечно, понимаю, Вам еще сложно по состоянию здоровья… Но я постараюсь сделать церемонию предельно краткой.

— Я, что, похожа на дряхлого паралитика? — Негодуя, прервала Надежда начальника охраны.

— Прошу прощения, Рэлла Надежда, я не имел в виду ничего оскорбительного.

— Да ладно вам, Найс. Перестаньте рассыпаться в извинениях и объясните, что именно мне предстоит делать. Ведь там наверняка будет пресса?

— Да. Обязательно будет.

Надежда неприязненно поморщилась.

— Ничего не поделать. Вся Талькона с нетерпением ждет. И еще. Уж простите меня, любопытного. Но Вы не сможете сообщить мне уже сегодня имя Вашего малыша? Я гарантирую, что до начала церемонии никто больше этого не узнает.

Надежда замялась.

— Если честно, то я еще сама не знаю. У нас с Аллантом было несколько вариантов, но всерьез вопрос не обсуждался. Мы считали, что у нас еще будет время.

Она ненадолго задумалась, поставив локти на стол и пряча лицо за сложенные вместе ладошки.

Найс терпеливо ждал.

— Мне кажется, — Надежда выпрямилась и убрала руки со стола, — Аллант, наверное, не будет против. Я хотела бы назвать сына Герандом. Это родовое имя, и после Императора Залланта должен бы был править Геранд. Он будет править. Править поколение спустя. — И еще раз утвердительно кивнула. — Да. Нашего сына зовут Геранд.

Найс счастливо улыбнулся.

— И еще. Я хочу, чтобы рождению моего сына порадовались и другие дети. Пожалуйста, распорядитесь, чтобы каждый ребенок Тальконы получил в подарок от меня сладости. Я понимаю это несколько хлопотно и непривычно, но, тем не менее, вполне осуществимо. Хотя бы через систему Храмов. Я думаю, их служители не откажутся от этой миссии. Скажите, что это моя просьба.

Время после ужина Надежда привычно посвятила просмотру новостей по Тальконе, периодически перескакивая с канала на канал.

Конечно же, везде обязательный репортаж с церемонии представления наследника. Вот она сама на экране с кружевным голубым свертком на руках. Ее собственное обращение, и восторженные подданные.

Все это немного коробило. Ей казалось, что, наверное, можно было подобрать другие слова в обращении. Чужая радость казалась неестественной, хотя это было вовсе не так. Она не могла понять, как можно так искренне радоваться рождению чужого ребенка. Она до сих пор не вполне осознавала, что, связав свою жизнь с Аллантом, она, тем самым, поставила крест на обычных спокойных супружеских отношениях. Что теперь и она сама является достоянием всей планеты, что миллионы людей будут радоваться и огорчаться вместе с ней, что с обычным обывательским любопытством население Тальконы хочет быть в курсе всех подробностей жизни Императорской семьи, включая самые личные и сокровенные.

Больше обрадовало, что ее просьба о подарках была оперативно выполнена. Показывали и отгрузку ящиков со сладкими гостинцами, и счастливые рожицы малышей, прижимающих к груди неожиданное богатство. И, конечно же, (ну, как без этого! Разве можно упустить такой момент!) проповеди служителей храмов: о милости Защитницы и ее Божественной Посланницы.

И десятки тысяч благодарственных светильничков во всех Храмах. Нечаянно получилось, что, сама того не желая, Надежда дала повод для укрепления религиозной власти. На ошибках учатся. Но зато дети быстро получили свои подарки.