Надежда Тальконы [СИ] полностью

Хоть Надежда и перестала быть биороботом, но от джанера в ней не осталось ничего. В её теле жило теперь робкое существо, ничуть не похожее на прежнюю девушку. Она осознавала, где находится, узнавала окружающих, вполне адекватно реагировала на происходящее, но совершенно не помнила прошлого. Ни с того, ни с сего, могла взять и тихо, почти беззвучно заплакать, или часами сидеть, глядя в одну точку. Она практически не разговаривала, отвечая лишь на вопросы, и то односложно. Ограничивалась до предела скудным набором слов: Да, нет, не знаю, не хочу, не буду. Аринда возилась с ней как с ребенком, боящимся остаться одной в комнате. Ночами Надежда прижималась к Алланту, ища у него защиты, и он, гладя её по голове и успокаивая, как маленькую, уже не раз ловил себя на невольной мысли, стоило ли всё это затевать? Не лучше ли было вовсе не трогать этот проклятый зонд. Тогда, по крайней мере, Надежда значительно больше походила на нормального человека, чем сейчас. Она даже не ощутила, что прощается с рептилоидами, когда им пришел срок покидать Талькону. Ушли и ушли, значит так и нужно.

Аллант старался, чтоб она как можно больше времени проводила в саду под надежным присмотром охранников и Альгиды. Он всё ещё продолжал бояться, что кто-нибудь ещё попробует причинить ей вред. Наблюдая за женой, он пришел к выводу, что она оживает только общаясь с хрунтами. Бади явно заставляла её выходить из своего мира непонятных грез. Надежда легко общалась со своенравным животным, и Бади вполне понимала её и слушалась беспрекословно. И Алланту порой становилось обидно, что Бридан, которого он знал уже больше десяти лет, никогда не повиновался ему с таким желанием и четкостью, как это делала сейчас Бади по отношению к Надежде. Аллант рассчитывал, что эти прогулки могут принести только пользу, но однажды убедился, что это не так.

В один из дней занятых рутинными делами, к Алланту в кабинет вбежал охранник из тех, кто был с Надеждой.

— Ваша Мудрость, мы не знаем, что делать. Там дождь начинается, а Рэлла Надежда сидит и, похоже, вставать не собирается. А Бади никого к ней и близко не подпускает, убивает и всё тут. Рэлла Надежда промокнет, простудится…

Бади, действительно, стояла около Надежды, ласково хрюкала ей в ухо и аккуратно слизывала со щек слезы. Ни охранников, ни своего хрунтера, что постоянно ухаживал за ней она ближе десяти метров не подпускала, угрожая зубами и когтями. С грехом пополам, только при помощи Бридана, удалось увести Надежду от слишком заботливого зверя.

Аллант с самого утра был не в духе. К полудню он разогнал все свое ближайшее окружение и закрылся в кабинете. И никто не рисковал появиться там и нарушить его уединение.

Наследник Империи качался на стуле. Совсем по-мальчишески, ничуть не заботясь о правилах приличия, с детства навязших в зубах. Он знал, что делать так не принято и, тем не менее продолжал настойчиво раскачивать жалобно скрипящий стул. Ему было плохо. Всё с самого начала шло наперекосяк. И он уже не понимал, кого же ему нужно сейчас жалеть — Надежду или самого себя. Дворцовый врач не сказал ничего определенного. Твердил одно: что физически она вполне здорова, что, если все происходящее только из-за травмы, то детки должны родиться вполне нормальными. Утешил, называется.

И дела, как назло идут совсем не так, как хотелось бы. Эта неразрешимая проблема с Западным материком. Он до сих пор не мог убедить местных представителей власти, что нужно перестраивать всю экономику, до сей поры направленную только на развитие горно — рудной промышленности. Добытая руда и прочие полезные ископаемые перевозились через океан при помощи грузового флота. И люди, привыкнув жить по старинке, никак не могли понять, что давно уже пора строить крупнейший на планете грузовой космопорт, благо и территория, очень неравномерно населенная и людские ресурсы позволяли это сделать.

За пять лет в Патруле Аллант насмотрелся на жизнь других планет и понимал, что Тальконе давно пора переходить из чьего-то сырьевого придатка на вполне самостоятельную роль в секторе. Жаль, другие не хотели этого понять. На Западном материке к тому же полная, доходящая до фантастичности религиозность. Вот если бы его идеи поддержали священнослужители, то было бы все совсем по-другому. Но его ещё не воспринимали, как реальную силу, относясь к его предложениям как к мальчишескому бреду, даже в Совете далеко не все поддерживали его сторону. Но он же знал, абсолютно точно знал, что будущее планеты, её процветание и политический вес в выходе на межсекторную торговлю, а космопортов такого уровня на Тальконе и в помине не было. И корабли её космофлота в основном покупные, оснащенные покупным же оборудованием. А давно уже пора производить его самим и такого качества, чтоб другие стремились заполучить электронную начинку для своих кораблей, изготовленную именно на Тальконе.