Надежды Кинолы полностью

Фаустина. Так ты говоришь – он грустит.

Кинола. Все против него.

Игра между Фаустиной и Кинолой по поводу записки Авалороса, которую Фаустина держит в руке.

Фаустина. Но он умеет бороться.

Кинола. Вот уже два года, как мы терпим бедствия, не раз тонули, даже побывали на дне. А там одни камни!

Фаустина. Да, но какая сила, какой гений!

Кинола. Таково, сеньора, действие любви.

Фаустина. А кого он теперь любит?

Кинола. По-прежнему Марию Лотундиас.

Фаустина. Ведь это же кукла!

Кинола. Форменная кукла!

Фаустина. Талантливые люди все таковы…

Кинола. Истинные колоссы на глиняных ногах!

Фаустина. Они облекают какое-нибудь ничтожество в свои иллюзии и сами себя обманывают. Они любят создание своей фантазии, эгоисты.

Кинола(в сторону). Точь-в-точь как женщины! (Громко.) Знаете, сеньора, мне бы хотелось, чтобы эта кукла исчезла каким-нибудь безобидным способом… Ну, скажем, ушла бы в монастырь.

Фаустина. Ты как будто славный малый.

Кинола. Я люблю моего господина.

Фаустина. Как ты думаешь: он обратил на меня внимание?

Кинола. Нет еще.

Фаустина. Поговори с ним обо мне.

Кинола. А он заговорит насчет моей спины и палки! Видите ли, сеньора, эта девушка…

Фаустина. Эта девушка не должна больше для него существовать.

Кинола. А если он умрет, сеньора?

Фаустина. Он так ее любит?

Кинола. Поверьте, я в этом не виноват! И в Вальядолиде и здесь я тысячу раз ему доказывал, что такой человек, как он, должен обожать женщин, но полюбить хоть одну – никогда!

Фаустина. Да ты, оказывается, злой! Сходи к Лотундиасу и скажи, чтобы он зашел ко мне поговорить да привел с собой дочку. (В сторону.) Она отправится в монастырь.

Кинола(в сторону). Еще один враг! Она слишком любит нас, а потому наделает нам много бед.

Кинола уходит и встречается по пути с дон Фрегосо.

Фаустина и дон Фрегосо.

Дон Фрегосо. В ожидании господина вы стараетесь подкупить слугу.

Фаустина. Женщине надо всегда упражняться в искусстве обольщения.

Дон Фрегосо. Сеньора, это невеликодушно. Я надеялся, что благородная венецианка пощадит чувства старого солдата.

Фаустина. Ах, ваша светлость, вы пользуетесь вашими сединами искуснее, чем юноша самой пышной шевелюрой, и для вас они более веский довод, чем… (Смеется.) Да бросьте вы этот сердитый вид!

Дон Фрегосо. Могу ли я не сердиться, видя, как себя компрометируете вы, которую я хотел бы назвать своей женой? Неужели вы забыли, что носите одно из лучших имен Италии?

Фаустина. По-вашему, оно слишком хорошо для Фаустины Бранкадор?

Дон Фрегосо. Вы предпочитаете снизойти до какого-то Фонтанареса.

Фаустина. А если он поднимется до меня? Разве это не доказательство любви? Впрочем, вы сами знаете, что любовь не рассуждает.

Дон Фрегосо. А, вы сознаетесь!

Фаустина. Вы мне слишком близкий друг и вправе первым узнать мою тайну.

Дон Фрегосо. Сеньора!.. Да, любовь безрассудна! Я вам отдал больше, чем самого себя!.. Ах, я хотел бы обладать целым миром, чтобы подарить его вам. Разве вы не знаете, что ваша картинная галерея стоила мне почти всего моего состояния?

Фаустина. Пакита!

Дон Фрегосо. И что для вас я готов пожертвовать даже честью?

Те же и Пакита.

Фаустина(Паките). Скажи мажордому, чтобы он распорядился отнести картины из моей галереи к дон Фрегосо.

Дон Фрегосо. Пакита, не вздумайте передать это приказание.

Фаустина. Мне рассказывали, что однажды Екатерина Медичи потребовала у Дианы де Пуатье драгоценности, которые той подарил Генрих Второй. Диана их вернула переплавленными в слиток. Пакита, сходи за ювелиром.

Дон Фрегосо. Ни к кому не ходите и оставьте нас.

Пакита уходит.

Те же, кроме Пакиты.

Фаустина. Я еще не маркиза Фрегосо. Как вы смеете отдавать приказания в моем доме?

Дон Фрегосо. Я должен вам повиноваться, я знаю. Все мои богатства не стоят одного вашего слова! Простите мне порыв отчаяния.

Фаустина. Даже в отчаянии надо оставаться рыцарем. А ваше отчаяние превращает Фаустину в куртизанку. Ах, вы хотите, чтобы вас обожали? Да последняя венецианка вам скажет, что это стоит очень дорого…

Дон Фрегосо. Я заслужил этот ужасный гнев.