Мария
Фонтанарес. Мария! Уже десять дней мы не перемолвились ни словом.
Мария
Фонтанарес. Она?
Мария. Да.
Фаустина. Но, дети мои, так надо.
Фонтанарес. Так, значит, на каждом шагу меня ждет западня, и под благоволением таятся пропасти!
Мария. Отец.
Фонтанарес. Он сам? Или он слеп? Вы, Мария, в этом доме!
Фаустина. Сеньор!..
Фонтанарес. А, в монастырь! Чтобы овладеть ее мыслями, чтобы терзать ее душу!
Фонтанарес. И вы приводите этого ангела чистоты к женщине, ради которой дон Фрегосо расточает свое состояние и которая принимает от него сумасшедшие подарки, не будучи его женой…
Фаустина. Сеньор!
Фонтанарес. Вы приехали сюда, потеряв мужа – младшего Бранкадора, которому вы отдали то немногое, что вам досталось от отца, мне это известно. Но здесь вы очень переменились.
Фаустина. Кто дал вам право судить мои поступки?
Лотундиас. Да перестань ты! Сеньора – благородная дама, она удвоила стоимость моего дворца.
Фонтанарес. Она!.. Да ведь это…
Фаустина. Замолчите!
Лотундиас. Дочь моя, вот полюбуйтесь на своего гения! Не знает удержу ни в чем, какой-то сумасшедший, во всяком случае, здравого смысла в нем не ищите. Знайте, господин механик, сеньора – родственница и покровительница Сарпи.
Фонтанарес. Уведите же вашу дочь от этой каталонской маркизы Мондехар!
Фонтанарес. Так значит, сеньора, все ваше великодушие было лишь тонкой игрой в интересах Сарпи? В таком случае мы с вами в расчете! Прощайте…
Фаустина. До чего он прекрасен в гневе, Пакита!
Пакита. Ах, сеньора, как вы его любите! Что же с вами будет!
Фаустина. Дитя мое, я поняла, что никогда еще я не любила, и вот тут, сейчас, словно удар молнии в единый миг преобразил меня. В этот миг я отлюбила за все потерянное время. Быть может, я у края бездны. Пошли кого-нибудь из слуг за Матиасом Махисом, ростовщиком.
Фаустина. Я слишком люблю его и не в силах доверить мое мщение стилету Мониподио! Но он меня так страшно унизил! О, я заставлю его мечтать, как о высшей чести, о том, чтобы назвать меня своей женой! Я хочу видеть его покорным у моих ног, или мы оба погибнем в борьбе!
Дон Фрегосо. Я рассчитывал застать здесь Фонтанареса, счастливого, получившего, наконец, благодаря вам свой корабль.
Фаустина. Так вы ему дали корабль? Значит, у вас нет к нему ненависти? Я думала, что такая жертва выше ваших сил. Мне хотелось узнать, что сильнее в вас – любовь или послушание.
Дон Фрегосо. О сеньора…
Фаустина. Можете вы отобрать у него этот корабль?
Дон Фрегосо. Повинуюсь я вам или нет, вы всегда недовольны, никак не могу вам угодить. Боже мой, отобрать у него корабль! Да он уже послал на корабль целый полк рабочих, и они теперь там хозяйничают.
Фаустина. Так вы не знаете, что я его ненавижу и что я хочу…
Дон Фрегосо. Его смерти?
Фаустина. Нет, его позора.
Дон Фрегосо. О, наконец-то я смогу отомстить за целый месяц мучений!
Фаустина. Не смейте касаться моей добычи, предоставьте ее мне. И прежде всего, дон Фрегосо, возьмите обратно картины из моей галереи.
Я так хочу!
Дон Фрегосо. Так, значит, вы отказываетесь стать маркизой?..
Фаустина. Возьмите свои картины, иначе я их сожгу на площади или велю продать, а деньги раздам бедным.
Дон Фрегосо. Но почему же?
Фаустина. Я жажду чести, а вы запятнали мою честь.
Дон Фрегосо. Тогда примите мою руку.
Фаустина. Ах, оставьте меня!
Дон Фрегосо. Чем больше вам даешь власти, тем больше вы ею злоупотребляете.
Фаустина. Любовница вице-короля! О, я сплету с помощью Авалороса и Сарпи венецианское кружево[14]!
Матиас Махис. Сеньоре требуются мои скромные услуги?
Фаустина. Кто вы такой?
Матиас Махис. Матиас Махис, бедный миланский меняла, к вашим услугам.
Фаустина. Вы даете взаймы?
