Тренировки во снах тоже изменились, пусть и не слишком сильно. Я, наконец-то собрался с духом и показал ей свой настоящий облик. Ну как настоящий, того сорокашестилетнего Ульрика Зиберта, которым я всё ещё себя ощущал. Теперь, когда стал известен настоящий возраст Кениры, появилась возможность лучше выбирать отрезок её жизни, на котором тренировки в управлении магией дают наилучший эффект. В этом деле мы достигли заметного прогресса. Наконец-то Кенира не только окончательно освоила навык извлечения из контейнера нужных предметов, но и научилась помещать вещи в пространственное хранилище без ограничивающего контура и не подбрасывая их в воздух. Мы отпраздновали это событие единственным доступным в условиях похода способом, к обоюдному нашему удовольствию.
Ещё через два дня как-то буднично и незаметно мы покинули королевство Сориниз и вступили на территорию княжества Рахашнар. Граница между территориями, к полному моему удивлению, отмечена никак не была, она даже не проходила вдоль какой-нибудь реки или другого географического ориентира. О том, что нахожусь на территории Рахашнара я узнал сугубо эмпирически, когда ориентиры с карты в моей картенмельдеташе стали указывать, что мы уже давненько идём по его территории. И когда мы, наконец, вышли к тому, что можно было назвать дорогой, я понял — промежуточный пункт нашего пути уже близок.
Крогенгорт, к которому мы добрались вечером, когда солнце уже начало клониться к закату, оказался не то большой похожей на город деревней, то ли маленьким городком. Был риск, что тут мы можем нарваться на неприятности, на то, что нас ожидает засада преследователей или местных, получивших ориентировки на Кениру. Но никакой возможности скрыть её женскую фигуру или яркие волосы у нас не имелось.
— Не волнуйся, Ули, — ободряюще улыбнулась мне девушка, — мы справимся. Особенно теперь, когда я не беззащитна.
Она похлопала по висящему на бедре мечу, но как по мне, гораздо большую опасность для врага представлял собой контейнер, в пространство которого ей бы хватило сил запихнуть даже живого человека.
— Вижу-вижу, — улыбнулся я, пытаясь скрыть беспокойство, — настоящая валькирия!
Кенира не обратила внимания на незнакомое слово, да и на мой бодрый тон ни капли не купилась.
— Ули, пусть мы не богачи, но деньги теперь у нас есть. И ты сам знаешь, что надо осмотреться и всё разузнать. К тому же мы уже это обсудили. Пусть ты и можешь пойти один, но разделяться всё же не стоит. Так чего же мы ждём?
— Сам не знаю, смущённо улыбнулся я, — наверное, какого-то знака.
— И что, увидел такой знак? — ничуть не убеждённо спросила она.
— Сама же знаешь, что… — я заткнулся, прервавшись на полуслове. — Может и да.
Кенира обеспокоенно подняла брови, но я поднял руку, призывая к тишине. Мне ничуть не показалось, где-то на глубинах сознания, в той части моей личности, которая отвечала за связь с божественным, поднималось какое-то непонятное чувство. Ощущение лёгкой неправильности, непорядка и дисгармонии.
— Ладно, идём, — сказал, наконец, я. — Похоже, мы пришли куда надо!
И с этими словами я толкнул дверь гостиницы «Кружка и Ветвь» и мы вошли внутрь, в тёплый, освещаемый камином и горящими магическими шарами зал.
После всех этих лет жизни в чужом мире, пребывания в рабстве сначала у могущественного социопата, а затем у приграничного жулика, после тяжелейшего путешествия через незнакомые леса с «невинностью в беде», оказавшейся, несмотря на юную внешность, даже старше меня, на меня новыми волнами накатывало странное и непостижимое ощущение
В гостинице имелись свободные номера, так что мы с Кенирой без проблем сняли небольшую комнату, в которой имелась удобная двухспальная кровать и большое окно с видом на сады и лес. Туалет располагался не на улице, а прямо на этаже, плюс, за совсем небольшую доплату можно было воспользоваться прачечной, сходить в душ или даже искупаться в ванной.
После многих дней скверной еды — ведь к готовке в походных условиях талант не лежал ни у меня, ни у Кениры — мы решили насладиться простыми радостями хорошего ужина. И он мало бы чем отличался от привычных блюд Германии, если бы не яркий оранжевый цвет у овоща, в остальном полностью похожего на обычную картошку. В целом еда здесь разнообразием не блистала, обширного меню на шести страницах никто не подавал. Посетитель имел возможность выбора из двух салатов, пары гарниров, а также главного блюда: либо толстых жирных жареных сосисок, либо тушёного мяса. Как истинный немец, я предпочёл, конечно же, сосиски.
