– А мы с Рексом презервативы купили!
Ей вдруг стало так смешно, что она сразу же ослабела в его руках. Отсмеявшись, Настя сказала:
– Ну вот, ты мне импульс сбил!
– Что сбил?
– Я шла проверить, точно ли мне не приснилось.
– А оно не кусается? Пойдем вместе, – полушутя-полусерьезно уточнил Игорь.
– Слушай, завязывай меня смешить! Я лежала в ванне с апельсиновым маслом, смотрела на луну в окне. И сверчок пел.
– Ну, сверчок – это не опасно.
– Да во сне же, блин. А потом – потом я СОЧИНИЛА СТИХОТВОРЕНИЕ! Вернее, оно само сочинилось. Понимаешь? Нет, ты послушай. Я. Четырнадцать лет. Не сочиняла стихов. И сейчас мне страшно. Вдруг там чушь какая-то? Вот. А ты меня задерживаешь.
– Ну, так пошли глянем.
Они зашли в ее комнату с таким видом, как будто там и правда было какое-то незнакомое существо, возможно опасное.
– Так, давай вслух! Ну и почерк!
Настя, с трудом разбирая строчки, прочитала стихотворение.
– Да ведь это просто замечательно! Видишь, не зря ты сюда приехала! Здесь, наверное, место такое, для тебя! – Он подхватил ее под руки, закружил по комнате: – Моя жена опять пишет стихи!
Смеясь, они упали на кровать.
– А что ты там говорил про магазин? Добыл?
– Ага! Правда, не знаю эту фирму.
– Ну, так пошли протестируем! Главное, чтобы диван выдержал!
Диван выдержал. Они еще долго валялись, болтали, вспоминали. Настя и смеялась, и плакала. «Эмоциональная лабильность это называется, – пришло ей в голову. – Да и хрен с ним. Сегодня можно. Сегодня все можно».
После душа они сели на ступеньках с чашками: Настя пила кофе с козьим молоком, Игорь – черный чай, который успел так настояться, что стал действительно черно-коричневым. Было тепло. Настя чувствовала приятную усталость. Хотелось завалиться с книжкой, укрывшись покрывалом. Или доразукрашивать картинку с беседкой. Рекс лежал на траве, высунув язык. Ей казалось, что он улыбается.
– Рекс! – позвала она.
Пес подошел к ступенькам. Она протянула руку, и он с готовностью поднялся и ткнулся носом в ладонь. Настя потрепала теплую голову и протянула остаток своего бутерброда.
– Есть какие-нибудь планы? – Игорь уже поднялся с пустой чашкой в руках и смотрел на них, улыбаясь.
Она подняла голову. Яркий свет хорошо освещал его лицо. «Складка между бровей, ее не было. И на лбу тоже…»
– Хочешь посмотреть, как я здесь отдыхала? Я поваляюсь немного, а потом мы можем к Мише сходить. Заодно и молока купим у бабы Маши.
– Хорошо, я ему позвоню, спрошу.
Они прошли наверх, и Настя достала раскраску.
– Сова зачетная! Я еще хотел тебе купить, думал, ты всю уже закончила.
– Знаешь, как-то стыдно было. Только здесь разрешила себе. Типа я приехала отдыхать. Представляешь? – засмеялась Настя.
– Не очень, честно говоря. А эта беседка как на Мишином участке! – заметил Игорь.
– Там есть беседка? Ну да, я ведь по участку и не ходила. Только на крыльцо вышла – и ты приехал. А почему ты приехал, кстати? Ты знал, что я у Миши?
– Он написал, – чуть смущенно ответил Игорь. – Ну ладно, отдыхай. Я немного поработаю через телефон. Ноут-то я не взял.
– Ты вообще надолго приехал? На работу только после праздников? – спросила Настя.
– Да. Есть некоторые дела, как всегда, но в фоновом режиме. Так что все зависит от тебя.
– Ну, тогда я, как временная хозяйка этого дома, прошу тебя составить мне компанию.
– Хорошо. – Он обнял ее за плечи, прижал к себе. – Вот только в город скатаюсь за ноутом и одеждой. Ну и за эклерами. Шашлыки можем замутить. Пиши список, в общем, как раньше. А хочешь, вдвоем скатаемся, Антошку проведаем. Вот у него шок будет, что мы помирились. Мы же помирились? – вдруг с тревогой уточнил он.
Настя кивнула, улыбаясь, потом добавила:
– У Антошки все супер. Вчера на каком-то квесте были по ужастикам. Бабушка тоже с ними ходила. Знаешь, давай здесь вдвоем побудем еще дня два. А потом бабушка его привезет. Сережа уедет седьмого, и она собиралась потом к Мише. Слушай, бог с ними, с шашлыками! Не хочу, чтобы ты уезжал!
– Ладно, трусы, рубашку и нетбук у брата одолжу, – улыбнулся Игорь. – А баба Маша нас угостит мясом цесарки. Все, пойду хоть с почтой поразбираюсь немного. Отдыхай давай.
Им было так хорошо вдвоем, что поход к Мише решили отложить на следующий день.
– Слушай, а какое сегодня число? А то я уже немного потерялась, – сказала Настя, выходя утром из душа.
Чай был заварен, а Игорь менял Рексу воду.
– Шестое. Праздники в самом разгаре. Сейчас Миша зайдет, кстати. Он позвонил, что хочет нас проведать. Так что к чаю будут ватрушки от бабы Маши.
– Это хорошо, – мечтательно сказала Настя. – А скоро он придет?
– Да уже должен быть здесь вообще-то. Хочешь, мы с Рексом покажем свои умения? Собака золотая просто. Знаешь, гораздо адекватнее моего Рекса, вкусных ему сосисок на радуге. Кстати, а здесь все собаки на «Радуге». И кошки. И мы тоже. Забавно. – Он чуть помолчал, потом неуверенно предложил: – Слушай, а давай его себе возьмем, если хозяева не найдутся? Как ты думаешь?
– Я за, – сразу ответила Настя.
Они немного поиграли с Рексом, кидая ему палку и убегая. Потом пес осторожно положил палку на крыльцо и побежал к калитке.
