«Интересно, что за домашнего питомца эти браты-акробаты припрут? – думал Михаил, спускаясь по широкой лестнице с восьмиугольными балясинами. – И зачем я согласился? Молчат как партизаны. Ну ладно, козла бабе Маше, она обрадуется, наверно. Развела стадо, а на козла породного не решается, напрокат берет. Кот? Какого-нибудь мейн-куна припрут, или кто сейчас модный? Ладно, кот пусть будет. То недоразумение, которое прибегает к утренней дойке, а потом сваливает, за кота не считается. А вдруг собаку? На фиг она мне, и баба Маша будет переживать за свои грядки. Надо было дожать тему все-таки, а не вестись на это их „разреши нам сделать сюрприз, тебе это будет на пользу“. Психотерапевты хреновы». Перед глазами возникли физиономии его приятелей, серьезный бизнес которых он недавно спас. Братья напоминали ему богему начала прошлого века, но с комичными вихрами какого-то невообразимого рыжего оттенка. «И ведь припрут что-то породистое, козла какого-нибудь супермеганубийского с ушами до пола. – Он невольно развеселился. – Пойду на кухне закуску приготовлю и коньяк, что ли. День рождения все-таки. Уже старше Христа, прикольно».
Через полчаса раздался звонок в калитку, и Михаил, не глядя в камеру, щелкнул пультом, который держал в кармане. И пошел встречать гостей на крыльцо, прикидывая, хватит ли у братьев ума все-таки не покупать козла, и почти смирившись с началом кота в своей жизни. «Только бы не лысого. Хотя они вроде бы уже вышли из моды, к счастью». С этой мыслью он открыл дверь, прошел через большую веранду, открыл еще одну застекленную дверь… На крыльцо поднимались трое: два очень похожих друг на друга рыжеволосых мужчины и совсем молоденькая девушка, почти девочка, одетая в какой-то белый балахон, поверх него белая накидка, а на шее – стоп, ошейник, что ли? Ну да, и к нему приделана цепь, которую держит один из братьев.
– Вот тебе домашний питомец! – со смехом закричали они. – И не вздумай отказываться, обратно не повезем! Характер хороший, блох нет, все прививки сделаны! Девочка! Вот родословную мы не попросили. Но сертификат нам дали и все документы. Привет! С днем рождения! Ну что стоишь, получай подарок!
Михаил еще не мог говорить, только смотрел на свой подарок широко открытыми глазами. Потом перевел их на ухмыляющиеся физиономии братьев.
– Это как? – наконец смог сказать он. Других слов пока не было.
– Ну, девочка тебе, в борделе купили. Лучшее средство от хандры. Хочешь – как рабыню используй, хочешь – как домашнего питомца. Или подучи и секретаршу из нее сделай. Ну, или помощницу по хозяйству. А можешь все сразу.
– Так, – начал собираться с мыслями хозяин дома. – А сдать ее никак? Я-то думал, кот какой…
– Кота сам заведешь. Выбор кота – дело такое, личное, мы не рискнули… А это тебе вместо лекарства. Ты знал, что я по образованию психолог? Даже диплом где-то валяется… Зачем сдавать? Ты посмотри, какая хорошая девочка. И в употреблении еще не была. Ты уж этот вопрос сам решишь, как сочтешь нужным. В общем, нельзя ее сдавать. У тебя ей будет хорошо, я уверен.
Михаил глубоко вздохнул, безрезультатно стараясь сосредоточиться, потом махнул рукой:
– Давайте ее в дом, холодно. Вон в библиотеку пока. И пойдем на кухню. Мне нужно выпить. Я ничего не соображаю что-то.
– Выпьешь и начнешь соображать? Так это не работает. Ладно, куда ее, сюда? Давай цепь к батарее, что ли. Встань на колени! – обратился он к девушке, защелкнул круглый замок и протянул ключ хозяину.
– Я ее что, все время буду на цепи держать? – возмутился Михаил. – На фига мне это? Ладно, вы проходите, я там закуски достал. Я сейчас.
– А ведь точно! Она ж чипированная, я и забыл! Быстро найдут, если что.
Они, весело переглядываясь, вышли в холл. Михаил остановился перед девушкой. Та стояла на коленях, глядя в пол.
– Посмотри на меня!
Она сразу же подняла взволнованные глаза. Михаил всмотрелся. В глазах были живой ум, ясность и доброжелательность. И еще страх и надежда. «Никуда я ее не сдам», – понял Михаил.
– Как тебя зовут?
– Полина, хозяин.
– Ты меня боишься? Не нужно бояться, хорошо?
– Да, хозяин.
Михаила передернуло. Так не вязался этот покорный тон с живыми глазами девушки, с ее тихим приятным голосом.
– Полина, значит. Давай сделаем так. Называй меня дядя Миша и на «ты». Слово «хозяин» говорить не надо. Ты отдохни пока, я скоро приду. Там меня два брата-акробата ждут.
Она молча кивнула, снова опустив глаза.
Его ждал налитый коньяк. Он взял стакан, задумчиво подержал в руке. Потом сделал два больших глотка и поставил его на стол. Немного подождал, прислушиваясь к своим ощущениям, глотнул еще, закусил помидором черри. Наконец сел и посмотрел на братьев, которые наблюдали за ним и, как ему показалось, веселились вовсю.
– Не сдавай ее обратно, пожалуйста. Тебе с ней будет лучше, чем без нее, вот увидишь!
– А где вы вообще ее откопали? Ну, не похожи вы на людей, которые по стремным борделям шароебятся. Надо же, рабыня, блин!
