Конечно, жизнь не скоро пойдет своим чередом, если сердце разбито. У Лорен был месяц, чтобы хорошенько в этом убедиться.
Через двадцать часов после расставания с Зафиром к ней приехал агент по недвижимости с ключами от ее старой квартиры и Ахмед.
– Он выбранил меня и всех моих предков за то, что позволил тебе уйти, а потом отправил сюда. Теперь я буду охранять тебя в этом жутком мегаполисе. Я бы на его месте себя казнил… – сказал Ахмед с отчаянием.
Лорен, которая и так была на взводе и тяжело переносила любое напоминание о Зафире, обняла Ахмеда. Он остолбенел, а потом неуклюже погладил ее по спине. Вид у него при этом был как у загнанного зверя, и Лорен рассмеялась сквозь слезы.
– Прости, Ахмед, – сказала она, и он кивнул.
С его помощью она переехала обратно в свою квартиру. Когда она спросила, куда его величество распорядилось поселить Ахмеда, он ответил, что для него приготовлена соседняя квартира.
Не успела Лорен составить список продуктов, как у ее двери очутилась служба доставки с молоком, соком, фруктами и горячими блюдами.
Вот уже месяц она подумывала выходить на работу, но никак не могла решиться. Все это время она скрывалась от Алиши, потому что у нее не хватало духу рассказать ей правду. И целый месяц ничего не было слышно от Зафира.
Даже Ахмед, который сопровождал ее в длительных прогулках по паркам и постоянно сравнивал Нью-Йорк с Бейраатом, не обмолвился о нем ни словом.
День ото дня Лорен убеждалась в том, что проявила малодушие, когда сбежала от Зафира, даже не дождавшись его возвращения.
Но он бы все равно выбрал Бейраат…
А если нет?
Наступала зима, дни становились холодней и короче, и Лорен в глубине души начала скучать по жаркому Бейраату. Вернувшись с вечерней прогулки, она увидела перед домом блестящий лимузин.
С бешено стучащим сердцем она поднялась в квартиру, вытащила из холодильника бутылку воды, и вдруг раздался стук.
Попытавшись собраться, она открыла дверь.
Бутылка выпала у нее из рук и громко шлепнулась на пол.
На пороге стоял Рашид аль-Масуд. Нездоровая бледность его лица прошла, и при виде его золотистых глаз, совсем как у Зафира, Лорен охватил благоговейный страх.
– Можно войти? – спросил он, и Лорен, еще не придя в себя, жестом пригласила его внутрь. Он протянул руку своему помощнику, взял какой-то документ и ступил в квартиру.
Лорен бросило в холодный пот.
Неужели он приехал, чтобы расторгнуть их брак с Зафиром? Вдруг он уже подыскал сыну новую, подходящую невесту?
Зафир так не поступил бы. Он бы не стал отправлять на встречу своего отца, чтобы порвать с ней.
Ей вдруг стало очень страшно, и она, видимо, издала какой-то звук, поскольку Рашид пристально на нее посмотрел.
– Ты ходишь к врачам, мисс Хэмби?
– Я больше не мисс Хэмби, – вырвалось у нее.
– И все же ты здесь, хотя твое место подле моего сына. – Его сухой, издевательский тон действовал ей на нервы. – За шесть лет, что я был в коме, в западном понимании супружеской жизни мало что изменилось.
– Вы понятия не имеете, что между нами произошло! И я не обязана отчитываться.
– Что ж, теперь я вижу, почему мой сын во все это вляпался… – Рашид задумчиво посмотрел на ее лицо, а потом скользнул взглядом по ее животу. – Зря он отпустил тебя на волю. Я ему говорил, что ты его жена и он должен тебе приказать вернуться.
– Я не его собственность, ваше величество.
– Поэтому ты так беспечна к безопасности моего внука?
– У вас нет никакого права разговаривать со мной подобным тоном! – вскипела Лорен. – И откуда вы знаете…
Лорен нарушила договор с Зафиром и попросила врача УЗИ назвать ей пол ребенка. Она ждала, что он сам позвонит: ей очень хотелось поделиться новостью. Но он попросил Фаррах узнать, все ли в порядке.
Как будто окончательно ее бросил.
– Мой сын не в курсе?
Как легко Рашиду удавалось ей манипулировать…
– Вам не удастся сделать из моего ребенка подобного себе. Мы с Зафиром этого не допустим.
– Ты так уверена в своем муже, от которого убежала? Ты представляешь, как мучается теперь мой сын? Ведь он считает себя виноватым в твоих безответственных поступках?
– Пожалуйста, перестаньте, – прошептала она. Господи, что она наделала? – Скажите, зачем вы здесь? Или уходите.
– Весь Бейраат сейчас у ног Зафира, как и должно быть, – надменно произнес Рашид. – Но в его глазах нет ни радости, ни гордости. Это все ты… – Он прожег ее взглядом. – Ты его ослабила, искалечила! Мой сын не может быть повержен спесивой, независимой американкой, которая не знает, что такое долг и…
– А может, это вы его таким сделали? – огрызнулась Лорен. Но самое ужасное, что он говорил правду.
На мгновение ее слова застыли в комнате, как пули, летящие к мишени в замедленной съемке, а потом растворились.
Рашид недоверчиво прищурил глаза, но Лорен уже было все равно. Она до боли хотела видеть Зафира.
