(вечерний транспорт – это что-то). Сорок минут утром на туалет, еду и столько же вечером на то
же самое. Итог: собой я распоряжаюсь с 23.00 до 6.00. А это – сон. Не только почитать книгу, посмотреть ТВ, даже газеты некогда перелистать (в обкоме ведь нередко вечерами еще и
задерживались).
Признаюсь: впервые в жизни я хотел утром не проснуться. На полном, как говорится, серьезе.
***
Позавчера в кабинет заглянула заведующая общим отделом Л. Гаранян:
– Николай Михайлович, у первого секретаря через три дня день рождения. Вам, как журналисту, ответственное поручение: составить текст поздравительной открытки.
Я едва не онемел от удивления. Да какой там может быть текст? «Поздравляем», «желаем» и
точка. Однако деваться некуда, написал. Причем постарался, чтобы поживее.
На следующий день открытку принесли мне… на правку. Причем сей кульбит в течение дня
повторяли трижды: текст поздравления по очереди читали то помощник первого, то заведующий
орготделом, то секретарь по идеологии. И все вносили свои пожелания. Сегодня правки пошли по
третьему кругу, я уже задолбался. Да кому нужна эта чертова открытка?! Именинник, ее, даже не
прочитав, швырнет в мусорную корзину. А я тут херней мучаюсь…
***
Впрочем, то, чем я занимаюсь в свободное от написания открыток время, не очень сильно от этой
самой х… отличается. Сегодня срочно пригласили к секретарю по промышленности. Хватаю
ручку, блокнот – и вперед.
Захожу в кабинет. Там, кроме хозяина, несколько человек в форме железнодорожников.
Присаживаюсь тоже. Секретарь начинает вести диалог. Речь идет о новой электричке, которую
завтра пускают по маршруту Ашхабад – Безмеин (пригород столицы, многие жители которого
трудятся в столице). Дело – нужное, но при чем здесь отдел пропаганды и агитации, который я
представляю, понять, как ни стараюсь, не в силах.
Спустя два часа совещание заканчивается. Я недоумеваю: своей ведь работы – по горло. И тут
секретарь, наконец, поворачивается ко мне:
– Отделу пропаганды обеспечить публикацию в завтрашних номерах областных газет расписания
движения электрички.
И из-за этого мне пришлось убить два часа?!!
***
Состоялось внеплановое бюро обкома. Первого секретаря городского комитета КПТ едва не сняли
с работы. Отделался строгим выговором. Причина – на заводе «Ашнефтемаш» вчера не выдали
зарплату.
Да, воистину что-то неладно в «горбачевском королевстве», если уже начались задержки с
выплатой зарплаты. У меня без малого двадцать лет стажа, однако с подобным случаем я не
только не сталкивался лично, но о таком даже не слышал.
***
К Новому году инструкторов «осчастливили» (за деньги, естественно)… бутылкой чешского пива, замзавотделами – двумя, заведующих отделами – четырьмя. По слухам, секретарям досталось по
10.
Все это противно, мерзко. Особенно новичкам, к коим в нашем отделе пропаганды и агитации
принадлежит, кроме меня, инструктор Бахрам Полатов. Надо же, в здании, олицетворяющем
равенство, братство, справедливость и т. д., – такая дикость. Какое, к черту равенство и
справедливость, если между собой столь идиотская кастовость!
Решили (нас с Бахрамом поддержал инструктор Чеботарев): больше в буфет – ни ногой. Так, практически не начавшись, закончилось мое спецпитание.
Правда, «коктейлем Гусака» – грешны! – машину первого секретаря из засады не забросали. Его в
конце рабочего дня распили – даже без рыбы.
***
Секретарь по пропаганде Махинур Оразова вернулась из Ульяновской области, куда ездила
обмениваться опытом. Единственное, что она там почерпнула, – это потребность расставить вдоль
всех трасс плакаты на расстоянии сто метров друг от друга. Фраза про 100 м повторялась
несколько раз.
Интересно, а если расстояние будет 95 или 102 м? Что изменится? И разве метраж, а не
содержание плакатов играет в этом деле существенную роль? Хотя… на скорости кто станет
читать наши «мудрые мысли»? Разве что самоубийца.
А я понял еще одно: с такими кадрами никакая перестройка ровным счетом ничего не изменит.
***
Утром в Москве Михаил Горбачев толкнул очередную речь. Спустя полчаса звонок из ЦК КПТ:
– К 14.00 передать им, сколько в области с разъяснениями положений выступления Генсека
прочитано политинформаций, проведено бесед. Я – в легкой панике. Во-первых, как за столь
короткое время (разница с Москвой – 2 часа, когда там 10, у нас 12) обзвонить все районы. И, во-
вторых, откуда пропагандисты, агитаторы и политинформаторы узнают эти самые «положения», если они все на работе? В лучшем случае, услышат вечером в программе «Время». Или почитаю в
завтрашних газетах. Так какие могут быть беседы? Это же сплошная профанация!
Но делать нечего: сажусь за телефон (инструктора на задании). Начинаю его накручивать. В
районах просят дать им хоть несколько часов, дабы они смогли собрать информацию на местах. И
они правы. Беда в том. Что этого самого времени у меня нет. В 14.00 я должен предоставить
обобщенные данные в ЦК КПТ, а они к 15.00 (в Москве – 17.00) – в ЦК КПСС.
Не исключено, я бы получил инфаркт, не вернись в сей момент в отдел инструктор Владимир
Чеботарев.
