– Значит, вот так? Ну что ж… – прошипела она и, подхватив мужа под руку, заставила его подняться на ноги, после чего решительно потянула в дом. – Я тебе сейчас покажу «старую». Ты у меня до утра не уснешь! А ну не вырывайся! Не вырывайся, кому сказала! Шагай в спальню, пескоструйня ходячая!
Проводив взглядом затеявших очередной спектакль родителей мужа, выглянувшая на шум жена младшего Стенича тихо хихикнула и вновь скрылась в своей комнате, предусмотрительно укрыв ее заглушающим куполом, чтобы не рисковать сном. Несмотря на свой весьма приличный возраст, хозяева дома сохранили совсем неприличный темперамент, что и доказывали с завидным пылом чуть ли не каждую ночь. А ведь больше четверти века в браке! Все же у Стеничей сильное наследие и кровь… Размышления молодой женщины были прерваны посыпавшейся на голову пылью с потолочных балок. Началось…
– Так что за человека ты нашел? – спросила Илона засыпающего мужа. Тот глянул на окно, за которым уже занималась заря, и, покосившись на довольно потягивающуюся супругу, мстительно ухмыльнулся.
– Сегодня сама увидишь. Я его к ужину пригласил, – пробурчал Любомир.
– Что? Как сегодня? – всполошилась Илона, вцепившись в плечо мужа. – Раньше предупредить не мог?!
– Я пытался, ты не слушала, – с зевком ответил он и, избавившись от железной хватки супруги, закрыл глаза. Но получив чувствительный удар в плечо, не выдержал: – Уймись уже, женщина, и дай мне поспать!
– Так что ты нашел в этом мальчишке? – поинтересовалась Илона на следующий день, когда позавтракавший и оттого изрядно подобревший супруг устроился на лавке у входа в дом и, щурясь от яркого солнца, залившего двор светом, запыхтел своей неизменной глиняной трубкой.
– Пока не могу сказать точно, – еле заметно усмехнулся мужчина. – Он интересный.
– Рассказывай с самого начала, – вздохнула жена, давно выучившая привычки Любомира наизусть и настропалившаяся читать его, словно открытую книгу.
– Хм… – Колечко сизого дыма поднялось вверх и рассеялось под порывом прохладного ветра. – Вчера, обедая у старого Мазо, я увидел за соседним столом двух молодых людей. Мальчишек фактически – одному на вид лет семнадцать-восемнадцать, второй еще моложе. Первый – долговязый, вполне обычный, не боец, хотя и на маменькиного сынка не похож. Такой вполне самостоятельный паренек. А вот второй…
– Тот, который младше? – уточнила Илона, удостоившись делано сурового взгляда.
– Не перебивай, женщина, – рыкнул Любомир и, вновь затянувшись, скрыл лицо за облачком дыма. – Да, второй отличается от первого как небо от земли. Невысокий, но в пятнадцать-шестнадцать лет это нормально. Вытянется еще. Крепкий, сильный… умный. И явный лидер в этой паре, несмотря на разницу в возрасте.
– Сила солому ломит, – пожав плечами, заметила Илона.
– Вообще согласен, но не в этом случае, – покачал головой Любомир. – Ведущий он вовсе не потому, что сильнее первого. Тот мальчишку пару раз чуть атаманом не назвал, да от одного его взгляда язык укорачивал.
– Атаман? Не боярский сын, значит, не боярич? – прищурилась жена. – Интересно.
– Ага, зацепило? Вот и я заинтересовался, – усмехнулся ее муж. Илона фыркнула, и Любомир, довольно кивнув, продолжил: – И еще одно. Младший как раз боец. Нет, не так. Воин, причем опытный. Это заметно, если взглянуть на его поведение и оружие. И холодняк, и стрелометы для него как родные. Опять же никакого неудобства от экипировки он явно не испытывает, словно родился в ней. Повторюсь, это в шестнадцать лет. Достойно, не находишь? И этот самый мальчишка, судя по его вопросам, собирается присоединиться к нашему обществу. Причем явился он явно не пустым и окапываться здесь решил основательно. С собственной базой, техникой и людьми.
– М-да. Будь он из бояр, я бы не удивилась. Там щенков натаскивать умеют, но безродному-то откуда таких привычек набраться? – протянула Илона. – А что у него со статусом?
– Ну, ты спросила, мать! – откликнулся ее муж. – Я же с ним не бился, а в лоб спрашивать… невежливо.
– Пф! – Женщина рассмеялась. – Это мне говорит человек, двадцать лет откликавшийся на позывной «Грубиян»? Дожили! Не прибедняйся, ты же статусы без всяких поединков читаешь. Ну, или хватку прокурил-потерял, на завалинке сидючи?
– По ощущениям – новик, максимум младший вой, но… – буркнул Любомир, пропустив подколку мимо ушей.
Впрочем, Илона тут же посерьезнела:
– Но что?
– Он в потолке, – отрезал Стенич и, не выдержав, воскликнул: – Представляешь, парень еще до совершеннолетия не дожил, а свой потолок развития выбрал до донышка!
– Изгнанный, – моментально просчитав возможные варианты, заключила она, заслужив недоуменный взгляд мужа. Заметив это, Илона пояснила: – Бывает в боярских семьях такое. Если отпрыск – слабосилок, его могут изгнать из рода или сменить фамилию и переписать в боярские дети… чтобы генофонд не ухудшал и линию не портил. Сейчас-то это редкость, а раньше сплошь и рядом бывало. Должно быть, и паренек этот из таких вот, отсеченных.
