– Так, что ты нашёл в этом мальчишке? – поинтересовалась Илона на следующий день, когда позавтракавший и оттого изрядно подобревший супруг устроился на лавке у входа в дом и, щурясь от яркого солнца, залившего двор светом, запыхтел своей низменной глиняной трубкой.
– Пока не могу сказать точно, – еле заметно усмехнулся мужчина. – Он интересный.
– Рассказывай с самого начала, – вздохнула жена, давно выучившая привычки Михаила наизусть, и настропалившаяся читать его, словно открытую книгу.
– Хм… – Колечко сизого дыма поднялось вверх и рассеялось под порывом прохладного ветра. – Вчера, обедая у старого Мазо, я увидел за соседним столом двух молодых людей. Мальчишек, фактически, одному на вид лет семнадцать-восемнадцать, второй ещё моложе. Первый – долговязый, вполне обычный, не боец, хотя и на маменькиного сынка не похож. Такой, вполне себе самостоятельный паренёк. А вот второй…
– Тот, который младше? – уточнила Илона, удостоившись деланно сурового взгляда.
– Не перебивай, женщина, – рыкнул Михаил и, вновь затянувшись, скрыл лицо за облачком дыма. – Да, второй отличается от первого как небо от земли. Невысокий, но в пятнадцать-шестнадцать лет – это нормально. Вытянется ещё. Крепкий, сильный… умный. И явный лидер в этой паре, несмотря на разницу в возрасте.
– Сила солому ломит, – пожав плечами, заметила Илона.
– Вообще, согласен, но не в этом случае, – покачал головой Михаил. – Ведущий он вовсе не потому, что сильнее первого. Тот мальчишку пару раз чуть атаманом не назвал, да от одного его взгляда язык укорачивал.
– Атаман? Не боярский сын, значит, не боярич? – прищурилась жена. – Интересно.
– Ага, зацепило? Вот и я заинтересовался, – усмехнулся её муж. Илона фыркнула и Михаил, довольно кивнув, продолжил. – И ещё одно. Младший, как раз, – боец. Нет, не так. Воин, причём опытный. Это заметно, если взглянуть на его поведение и оружие. И холодняк и стреломёты для него – как родные. Опять же, никакого неудобства от экипировки он явно не испытывает, словно родился в ней. Повторюсь, это в шестнадцать лет. Достойно, не находишь? И этот самый мальчишка, судя по его вопросам, собирается присоединиться к нашему обществу. Причём явился он явно не пустым, и окапываться здесь решил основательно. С собственной базой, техникой и людьми.
– М-да. Будь он из бояр, я бы не удивилась. Там щенков натаскивать умеют, но безродному-то откуда таких привычек набраться? – протянула Илона. – А что у него со статусом?
– Ну, ты спросила, мать! – откликнулся её муж. – Я же с ним не бился, а в лоб спрашивать… невежливо.
– Пф! – женщина рассмеялась. – Это мне говорит человек, двадцать лет откликавшийся на позывной «Грубиян»? Дожили! Не прибедняйся, ты же статусы без всяких поединков чуешь. Ну, или хватку прокурил-потерял, на завалинке сидючи?
– По ощущениям – новик, максимум, младший вой, но… – буркнул Михаил, пропустив подколку мимо ушей. Впрочем, Илона тут же посерьёзнела.
– Но что?
– Он в потолке, – отрезал Стенич и, не выдержав, воскликнул, – представляешь, парень ещё до совершеннолетия не дожил, а свой потолок развития выбрал до донышка!
– Изгнанный, – моментально просчитав возможные варианты, заключила его жена, заслужив недоумённый взгляд мужа. Заметив это, Илона пояснила:
– Бывает в боярских семьях такое. Если отпрыск – слабосилок, его могут изгнать из рода или сменить фамилию и переписать в боярские дети… чтоб генофонд не ухудшал и линию не портил. Сейчас-то это редкость, а раньше, сплошь и рядом бывало. Должно быть, и паренёк этот из таких вот, отсечённых.
– Собственных детей выкидывать? – изумился Михаил. – Ну и нравы в этом вашем гадюшнике!
– В ИХ гадюшнике, дорогой. – с еле слышной угрозой в голосе, «мурлыкнула» женщина. – Я, если не запамятовал, уже третий десяток лет как из него сбежала… к одному «грубияну».
– Да-да, в их гадюшнике, – согласно покивал Стенич с довольной улыбкой. Жена ласково взъерошила короткий седеющий ёжик волос мужа. – И ты была совершенно права. В нашем гадюшнике куда лучше.
Бамц. Ладошка, только что перебиравшая волосы Михаила, отвесила ему хлёсткий подзатыльник. Впрочем, сам «награждённый» даже не поморщился. Только ухмыльнулся довольно.
– Так что там с атаманством? Кажется, ты что-то об этом знаешь, а, истязательница? – спросил он, перехватив руку супруги.
– Да, кое-что знаю, – задумавшись на миг, Илона прикусила губу, но уже через секунду заговорила. – Знаешь, а этот мальчишка – большой хитрец. Ему по возрасту в наёмники ходу нет, никто не позволит малолетке назваться майором. Просто завернут и всё, мол, мальчик погуляй до совершеннолетия, а вот потом, если не передумаешь, приходи, примем с распростёртыми объятиями. А вот стать атаманом – не проблема. Никакой регистрации это действо не требует, нашлись бы ватажники, что ему роту [11] дадут. Обычай-то старый, ещё с тех времён, когда ни о какой бюрократии никто и слыхом не слыхивал. Новгородцы, из простых, так людей под руку собирали, чаще всего, чтоб ушкуйничать да купцов охранять.
