– Ну и почему же тогда всесильные боги не защитили своих последователей от имперского ига. Этот факт ставит под сомнение их существование. А если они и имели место быть, то были очень слабы. Но слабые, недостойны именоваться богами, и не заслуживают жертвоприношений и молитв. Империя же оказалась сильна и поэтому победила. И ей было плевать на богов, как впрочем, плевать и сейчас.
– Я не знаю, существуют боги или нет, но я точно знаю, что смерть это еще не конец, это только начало.
– Как скажешь, – я решил оставить эту тему.
– Ты такой упрямый. Но я все равно тебя люблю.
Она еще сильнее прильнула ко мне телом. И мы вновь погрузились в сон.
Я вновь оказался в своем грязном маленьком городке. Ярко светившее солнце слепило глаза. Я медленно пробирался сквозь толпу людей. Не знаю, куда и зачем, но все равно шел. Люди поворачивали ко мне свои лица, что-то говорили, беззвучно открывая рты, но я не слышал их слов. Кто-то или что-то толкнуло меня в спину, я хотел обернуться, но тело меня не слушало. Оно как будто принадлежало не мне, а я просто находился внутри этой телесной оболочки. Ноги несли меня дальше сквозь толпу. Внезапно я оказался на небольшой площади, а окружающие люди обступили меня полукругом. Передо мной на земле сидел человек в нищенской оборванной одежде. Он медленно повернул ко мне лицо, скрытое за низко опущенным капюшоном. Затем также медленно откинул капюшон. Я замер. Существо, назвать его по-другому я не мог, имело лицо старой гадалки, но глаза… глаза были нищего, которого убил тот злополучный камень, брошенный мной. Взгляд его умолял о пощаде, а на губах играла ехидная улыбка. Это было столь же противоречиво, сколь и жутко. Существо протянуло ко мне свою руку. Я отшатнулся, но меня вновь толкнули в спину.
– Кто ты, Ардос? – существо откинуло назад голову и громко рассмеялось. – Скольких ты еще убьешь, а мальчишка?
Оно вцепилось своими пальцами мне в руку. Голос существа менялся, переливаясь из мужского в женский, из старческого в детский.
– Не дай ей себя обмануть! Не дай ей этого сделать!
Я вырвал руку. Существо вновь залилось в раскатистом переливчатом смехе. Оно смеялось, а я с ужасом наблюдал. В спину снова ударили, да так, что я повалился на колени. Мне с трудом удалось повернуть голову, и я увидел нависшего надо мной Бэкета. У него не было глаз. Лишь пустые глазницы, из которых тянулись две засохшие полоски сукровицы. В руках он держал широкий полуторный меч.
– Когда оно обретет свободу, все умрут. Ты не знаешь, что ты делаешь! Зачем ты это делаешь? Останови ее мальчишка!
Лицо Бэкета внезапно оказалось рядом с моим. Изо рта несло гнилью. Он вновь с силой ударил меня в спину. Я повалился вперед, упав на обе руки. Вновь обернулся. Лицо Бэкета приобрели форму лица Лейдо. Он не улыбался. Огромный меч покоился на его плече.
– Пришло время умирать или жить Ардос. Выбирать тебе.
И он опустил сверкающий клинок мне на голову.
Я резко вскочил с кровати, по лицу стекал холодный пот. Я еще некоторое время сидел в темноте, не понимая где я, и как здесь оказался, пока, наконец, до моих ушей не донеслась какофония звука из криков и звона металла. Шейла тоже проснулась и растеряно шарила по полу в поисках своей одежды, также не понимая, что происходит. Я быстро натянул штаны, наспех обул сапоги и подбежал к окну.
