– Боюсь, в сражении от них не будет толку, – скептически заметил полковник с кавалерийскими нашивками. – Но фланги ополченцы закроют. Мы не дадим бонтонцам прорваться в наш тыл.
Пока шел спор, самурай тщательно изучал карту. Он что-то измерял, подсчитывал, временами переходил с места на место.
Минут через десять Тино повернулся к тасконцам и громко спросил:
– Что такое Кростон?
– Форт, – лаконично сказал Кидсон. – Его возвели полвека назад, когда война с герцогством Бонтским длилась семь лет. Правитель Мендона тогда построил целую линию подобных защитных сооружений. Уцелел лишь один.
– Там надежные укрепления? – поинтересовался японец.
– Позвольте мне, – вмешался второй полковник, поначалу отошедший от стола. – Два года назад я занимался восстановлением форта. Это каменная крепость с восьмиметровыми стенами и шестью башнями по периметру. К сожалению, материала не хватало, да и сроки поджимали, и потому часть стыков сделана из бревен. Гарнизон Кростона состоит из четырехсот человек. Арбалетами солдаты обеспечены хорошо, а вот огнестрельного оружия не хватает…
– Понятно, – утвердительно кивнул Аято. – Лучшего места для первой схватки с врагом не найти. Здесь можно зацепиться и изрядно потрепать нервы противнику. Форт находится на высоте, вокруг лес, а рядом – единственная дорога. Вряд ли бонтонцы оставят у себя в тылу укрепленную крепость. Неприятель обязательно пойдет на штурм.
– Но Кростон сейчас к врагу ближе, чем к Мендону! – удивленно воскликнул Бригз. – Войска дойдут до него только через шесть дней. К тому моменту форт уже падет.
– Такого развития событий допустить нельзя, – твердо произнес самурай. – Не исключено, что именно в Кростоне и решится судьба войны. Это последний шанс…
– Пожалуй, стоит попробовать, – проговорил начальник штаба, внимательно слушавший землянина. – Гонца на север отправим немедленно. По пути он будет разворачивать отступающие подразделения. Если удастся осуществить ваш замысел, в районе форта соберется около полутора тысяч бойцов.
– Маловато, – разочарованно заметил Тино.
– Возле столицы расквартирован мой кавалерийский полк. Тысяча отличных клинков, – вставил полковник Освальд. – Отдайте приказ, и я выступлю уже через два часа. Мы пойдем без дневных привалов и через трое суток достигнем Кростона.
– Нельзя ведь жертвовать элитой! – возмутился один из унимийцев. – Посылая полк в самое пекло, герцог теряет лучшие войска и оставляет столицу без защиты.
– А разве у мендонцев есть выбор? – зло спросил русич. – Лучше потерять тысячу хороших солдат, чем всю страну.
Посрамленный резким тоном чужака, офицер поспешно отошел в сторону.
В зале воцарилась гнетущая тишина. И тасконцы, и путешественники понимали – судьба государства сейчас в руках полковника Кидсона. Ему предстояло принять непростое решение.
Формально начальник штаба не имел права менять утвержденный план компании. В крайнем случае он должен был согласовать свои действия с главнокомандующим.
Однако промедление грозило гибелью. Мендонцы с волнением смотрели на командира.
– Черт подери! – выругался тасконец. – Умираем один раз. Какая разница от чего – клинка бонтонца или топора палача? Эйнж, отправьте трех лучших посыльных в Кростон. Пусть лошадей не жалеют. Дайте им бумаги на право конфискации. Они могут умереть, но завтра к вечеру командир форта должен получить всю необходимую информацию.
Стоило адъютанту исчезнуть за дверью, как полковник повернулся к своему помощнику. После небольшой паузы Кидсон продолжил:
– Майор Бригз, срочно подготовьте приказ. Кростон удерживать любой ценой. Войска, находящиеся поблизости, переходят в подчинение майора Ленка, начальника местного гарнизона. За непослушание – казнь без суда и следствия. Форт может быть оставлен лишь тогда, когда в нем не останется ни одного живого солдата. Трусы и беглецы будут безжалостно уничтожаться.
– Слушаюсь, – отчеканил офицер и сразу направился к выходу.
Неожиданно вперед выступил Карс и негромко произнес:
– Господин полковник, у меня есть маленькая просьба. При обороне крепости понадобятся сильные и смелые воины. Я уверен, без рукопашной не обойдется. В подобных делах у меня богатый опыт. Позвольте чужеземцу сопровождать посыльных.
– Ты ведь не умеешь ездить на лошадях! – изумленно выдохнул Олесь.
– Не беда, – усмехнулся властелин. – С животными я всегда найду общий язык.
– Если есть желание ввязаться в драку, не вижу причин для отказа, – вымолвил унимиец. – Обратитесь к моему адъютанту. Он подберет самого выносливого коня.
– Благодарю, – с довольным видом сказал мутант.
– Какого дьявола? – едва слышно прошептал японец, дергая товарища за рукав куртки. – Мы ведь договорились не участвовать в сражениях и понапрасну собой не рисковать. У группы совсем иная задача. Возле Кростона развернется настоящее побоище. Уцелеют немногие…
– Значит такова судьба, – невозмутимо произнес Карс. – От исхода этой войны зависит успех нашей экспедиции. А потому я не хочу отсиживаться за чужими спинами, трясясь за собственную шкуру. Когда речь идет о жизни и смерти, инициативу лучше взять в свои руки.
