Мутант не стал слушать возражений и быстро зашагал к двери. Аято ничего не оставалось, как в бессилии покачать головой. Если властелин принял решение, он от него уже не отступит.
– Замечательно! – язвительно заметил самурай. – Один оказывает давление на начальника штаба, второй – лезет в самое пекло. А мне что прикажете делать? Развлекаться в гостинице? Извините, я воспитан несколько иначе…
– Не нервничай, – хлопнул товарища по плечу русич. – Ведь мендонцы приняли твой план. В подобной ситуации у них не было другого выбора.
– Именно это меня и настораживает, – резко повысил голос Тино. – Тасконцы как-то подозрительно быстро согласились с моим предложением. Надменные, высокомерные дворяне вдруг прислушались к мнению чужака. Довольно странная уступчивость. Не помог ли кто-нибудь унимийцам?
– Я тут ни при чем, – мгновенно отреагировал Храбров, – Видимо, мендонцы и сами понимали, что предпринятые генералом Хиллом меры не спасут страну. Вот и ухватились за соломинку. Кроме того, вся ответственность за принятие авантюрного решения ляжет на плечи Кидсона. Остальные при неблагоприятном исходе компании окажутся в стороне. Офицеры лишь выполняли приказы…
Между тем, события в штабе развивались с невероятной быстротой. Появившаяся надежда взбудоражила людей, и они до хрипоты обсуждали каждый вопрос.
Вскоре полковник Кидсон обернулся к союзникам и негромко вымолвил:
– Военный совет отклонил предложение полковника Освальда. Посылать к Кростону весь его полк чересчур рискованно. К форту двинутся два эскадрона из четырех. Кавалерия наверняка пригодится герцогу и в дальнейших сражениях.
– Возможно, – проговорил японец. – Мы стараемся помочь Мендону советами. Если они оказались полезными, значит, наше присутствие здесь не напрасно. А правильно вы поступили или нет, рассудит время.
Как только командир кавалерийского полка направился к двери, Олесь и Вацлав направились к начальнику штаба.
– Позвольте и нам присоединиться к армии, – произнес русич. – Мы отличные наездники и не станем обузой для эскадронов. О ходе битвы нужно постоянно сообщать в столицу. Штаб должен быть в курсе происходящих событий…
Унимиец с подозрением взглянул на землян. В мозгу Кидсона начали появляться сомнения в искренности чужаков.
Уж не хотят ли они таким способом убежать из города? О том, что путешественникам запрещено покидать столицу, офицер конечно знал. Тайная полиция часто умышленно распространяла подобную информацию, тем самым создавая вокруг жертвы атмосферу отчужденности.
Заметив колебания тасконца, Храбров с улыбкой сказал:
– Не волнуйтесь, это не попытка побега. Нами движет совсем иное чувство. Не хочется зависеть от случайных обстоятельств. Кроме того, в Мендоне останется Тино. Он отличный специалист по оборонительным сооружениям и неплохой тактик.
– Вот мерзавцы! – выругался японец. – Все-таки бросили мня одного.
– Хорошо, – кивнул унимиец. – Беру ответственность на себя. Присоединяйтесь к Освальду. Полковник лично возглавит кавалерийскую группу. Ваш товарищ будет находиться при штабе. Мои люди не спустят с него глаз. Осторожность сейчас не помешает.
Пока тасконцы разрабатывали планы мобилизации и переброски войск, друзья уединились в стороне. Несколько секунд Аято и Храбров молчали.
Первым не выдержал Олесь.
– Тино, так надо, – вымолвил русич. – Карс первым осознал всю серьезность положения. Мы просто обязаны взять под контроль ход войны. Вот почему я вызвался. У меня странное ощущение, будто вторжение бонтонцев – не простая случайность. Ты сам говорил: любое странное событие, происходящее рядом с группой, должно вызывать подозрение.
– Слова, слова… – возразил самурай. – А в реальности мы опять по уши вляпались в дерьмо. Группа вполне могла следить за развитием событий из этого здания. В крайнем случае, присоединились бы к полевому штабу. А что теперь? Карс, словно сумасшедший, будет драться в первых рядах защитников Кростона, а вы вступите в бой в самый разгар сражения. Но ведь мы не имеем дело с Тьмой! Обычная рядовая война, каких много. Разве нам нужны лишние потери?
– А как определить, где Тьма, а где нет? – ответил вопросом на вопрос Храбров. – Может, сейчас она и показывает свое истинное лицо… Два озлобленных ненавидящих друг друга народа сошлись в жестокой битве. Великолепная почва для Зла! И разве воины Света не должны останавливать кровопролитие?
– Миротворчество достается слишком дорогой ценой! – воскликнул Тино. – Вам ведь придется убивать солдат врага. А если бы мы оказались на противоположной стороне?
– Вряд ли, – проговорил Олесь. – Отряд идет по проторенной для нас колее, и выскочить из нее не может. Опять же, твои слова. Сейчас наш ход в игре. И я хочу сделать его сам. Рано или поздно фигурки на игровом поле превращаются в людей.
– Надеюсь, ты прав, – тяжело вздохнул японец. Аято подошел к русичу и крепко его обнял. Проделать ту же процедуру с Воржихой было гораздо сложнее.
Хлопнув Вацлава по плечу, самурай произнес:
