Возле машин началось настоящее побоище. Кавалеристы сходу изрубили прислугу и приступили к уничтожению механизмов. На спасение метательных орудий бросились штурмовые отряды. Однако, противостоять натиску конницы они не сумели.
Потеряв десятки людей убитыми и ранеными, враг отступил к лесу, ведя интенсивную, но беспорядочную стрельбу. Больше бонтонцы выходить на открытую местность не решались.
Господство на поле боя, пусть и временно, захватили защитники форта.
Воины Кростона, чудом уцелевшие после бомбардировки, неторопливо выбирались на поверхность.
Вокруг царил страшный хаос. Башни крепости разрушены до основания, стены сохранились лишь фрагментами, ворота и мост превращены в руины.
Люди с ужасом осматривались по сторонам. Огромные глыбы буквально перемешали трупы убитых с землей. Всюду валялись части тел, обрывки одежды, сломанное оружие.
Разобрать, где мертвые враги, а где мендонцы, было уже невозможно. Часть солдат находилась на грани сумасшествия и, не понимая, что происходит, с безумными глазами бродила по форту.
Две сотни всадников замерли возле рва. От укреплений форта, когда-то внушавших уважение, остались лишь бесформенные груды развалин. Кростон перестал существовать. На камнях и в траве лежали сотни трупов.
Опустив окровавленный меч, командир полка разочарованно произнес:
– Кажется, мы опоздали. Вряд ли здесь кто-нибудь уцелел.
– Надо проверить, – взволнованно возразил Храбров, спешиваясь. – Ведь пока крепость еще не принадлежит врагу.
Землянин передал поводья ближайшему тасконцу и направился к разрушенным воротам. То и дело приходилось перешагивать через разлагающиеся, изуродованные тела убитых людей.
От отвратительного запаха русич поневоле закрыл нос рукой. Во рву творилось нечто невообразимое: распухшие от воды покойники, мерзкие кровососущие черви и грязная смердящая жижа.
Кое– как преодолев препятствие, Олесь сумел добраться до развалин башни. Надежды на благоприятный исход сражения таяли с каждой секундой. Карс не мог спастись в таком аду. Однако не успел землянин войти внутрь крепости, как откуда-то сверху раздался знакомый голос:
– Неужели решил навестить старого друга? Храбров поднял глаза и увидел сидящего на стене властелина. Рядом с мутантом расположился щуплый и грязный мендонский офицер.
Спустя мгновение гигант спрыгнул вниз и заключил товарища в крепкие объятия. Похлопав русича по плечу, вождь с признательностью в голосе проговорил:
– Вы появились очень вовремя. Еще пара часов – и мерзавцы окончательно сравняли бы Кростон с землей.
– Жив, чертяга, – утирая предательски набежавшую слезу, прошептал Олесь. – Признаюсь честно, я уже начал сомневаться. От форта остались одни развалины. Похоже, штаб недооценил противника, а он подготовился к войне основательно.
– Вы совершенно правы, – подтвердил унимиец. – Бонтонцы решили раз и навсегда покончить со своим южным соседом. Столь мощную армию враг никогда не собирал.
Землянин вопросительно взглянул на Карса. Чуть поспешно властелин сказал:
– Прошу прощения, я вас не представил. Мой лучший друг Олесь Храбров…
Русич вежливо кивнул.
– Начальник гарнизона майор Ленк, – продолжил оливиец. – Мы с ним неплохо здесь повоевали. Славная получилась драка…
– Заметно, – вымолвил Храбров. – Трупов больше, чем камней. Эскадроны прибыли сюда, чтобы помочь удержать крепость. Но задачу придется менять. Защищать по сути дела уже нечего.
– Возражаю! – нервно выкрикнул офицер. – У меня есть приказ оборонять Кростон до последнего солдата. Я призывал солдат выполнить долг до конца. А теперь, когда у нас появились шансы на успех, – сдать форт неприятелю?
В ответ Олесь только пожал плечами. Указав на кавалеристов, землянин произнес:
– Там находится полковник Освальд. Именно он принимает окончательные решения. Мы лишь даем советы.
Воины быстро зашагали к эскадрону всадников.
Тем временем, события на поле боя развивались стремительно. Уничтожив катапульты, конница мендонцев разметала пехотные отряды противника и поскакала к крепости. Разгоряченные схваткой воины бурно обсуждали перипетии сражения.
Впрочем, бонтонцы тоже постепенно приходили в себя. К Кростону спешно подтягивались отборные части. Все более интенсивным становился огонь снайперов. Вскрикнув, схватился за грудь и выпал из седла один из всадников. Почти тут же дико заржала лошадь и, подминая седока, повалилась на землю.
– Вы чересчур медлили, – нетерпеливо воскликнул Освальд, заметив приближающихся защитников форта. – Здесь становится слишком жарко. Еще четверть часа – и противник бросит на нас тяжелую кавалерию.
– Мы встретим захватчиков достойно, как делали уже не раз, – гордо ответил Ленк. – Заводите людей в крепость. Ее стены послужат укрытием.
Полковнику показалось, что он ослышался. Маркиз склонился к офицеру и тихо спросил:
– Майор, вы хорошо себя чувствуете? Какие стены? Перед нами руины. И к вечеру враг овладеет ими. Нет! Бездарно терять полтысячи отличных бойцов я не намерен.
– А приказ штаба? – раздраженно воскликнул начальник гарнизона.
