Жестокое время. Венеция. Братство ассасинов ведет борьбу против несправедливости, с помощью принцессы и своих усилий братство все же одерживает вверх над беззаконием…
Ничего не предвещало беды. Блаженная Венеция, спала. Теплый воздух от начала и до конца пропитал все небо, на котором находилась луна, она озаряла своим нежно желтым цветом все вокруг. Вдалеке виднелись постройки города, которые так же мирно спали. Все это усыпляло бдительности, и можно было подумать, что тише города нет, но все ошиблись. Далеко в глубине находился один из многочисленных притонов для сладостных утех. Там во всю кипит жизнь, множество шлюх обслуживают своих господ. Условия жизни там были, ну уж не сказать, что плохие, но и хорошего не было ничего.
Маленькая Аина целыми днями наблюдала, как ее мать то заходила, то выходила из комнаты с разными мужчинами. Порой ей очень хотелось узнать, что же они там делают, но увы подглядеть не выходило. Девочка была прелестна: светло-каштановые волосы мягкими кудряшками ложились ей на плечи, слегка вздернутый носик, пухлые губки и большие зеленые глаза. Она была похожа на ангела, жаль только, что родилась в аду. Хозяин данного заведения всегда исправно отдавал часть денег властям, поэтому к нему никогда не было претензий, он мог делать все что хотел. Когда мужчина узнал, что мать Аины беременна, он хотел прогнать ее, но его честолюбие остановило, подумав какую награду все же дадут за нетронутую девочку. Ребенку было десять, через пять лет, она полностью переходила в рабство к своему хозяину. Бедная малышка еще ничего не понимала, не понимала она и того, что ей говорят подруги матери:
— Ты такая красотка! Все мужчины будут у твоих ног, ах милая, ты еще не знаешь что тебя ожидает.
Не понимала и взглядов взрослых мужчин, они смотрели на нее со злобой, похотью, по зверски, что ей не нравилось. Часто Аина пряталась от их взора за темно-алые шторы.
В том же городе жило множество богатых семей, все они были одинаково расфуфырены, людей низшего сословия никто не замечал. В такой семье и жил один из наших героев, он был красив, статен, богат. Только сердце, увы, было злое, в свои двадцать пять он совершил множество злодеяний, Серафим Вискон, так его звали. Именно в этот вечер он решил зайти в дом терпимости, чтоб забыться в сладостных объятиях девушек. Всегда выбирая самых молоденьких, красивых, он делал с ними все что вздумается…порой даже очень ужасные вещи, хозяин же просто молчал, радуясь щедроте гостя. Осматривая очередную молодую девчонку, ему на глаза попалась маленькая фигурка Аи. Улыбнувшись красивыми тонкими губами, Серафим поманил ее:
— Подойди ко мне, Подойди дитя, я не обижу тебя.
Но малышка идти не желала, покачав головой, она заплакала и убежала, как всегда прятаться за шторами.
Маленький Вито рассматривал витрины прекрасных магазинов, от изобилия красок он приоткрыл рот. Богатеи никто не обращали на него внимания, им не было дела до маленького оборванца.
— Витоо? — на всю улицу раздался разъярённый мужской крик, — Вито, иди сюда маленький поганец!
Обернувшись в ту сторону где раздался звук, мальчишка кинулся бежать, он сам не знал зачем бежал, куда. Мальчик хотел поскорее скрыться чтоб не получить тумаков от своего отца, затаиться где-либо пока не остынет. Отец Вито был пекарем, но жили они очень бедно, на еду не хватало, носить приходилось обноски, да и они уже все были в дырах. Не редко мальчик воровал, воровал у знатных господ, ну или же у собственного отца еду. За это и получал. Добежав до какой-то полуразрушенной крепости, он осмотрел ее. Стены в некоторых местах обломились, но в целом здание было довольно нормально, забежав внутрь, он уселся в дальний уголок и стал думать о матери. Странно, но он не помнил ее лица, помнил запах, такой родной запах. Она пахла виноградом и молоком, жаль, что она умерла. Ему было пять, когда не стало в жизни самого главного человека. Не понимая как, он погрузился в сон.
Крепость, как покрывалом окутывала ночь, звезды как светляки выступили на небе, все казалось безмятежно. Но так только казалось. Мальчик проснулся от того, что в крепости стало не спокойно, точнее поднял его жуткий крик. Двое мужчин в странной белой одежде на которой виднелся красный крест, держали за руки избитого мужчину. Еще двое стояли рядом и видимо ждали, что им скажет самый главный, который держал в руках расскаленный нож.
— Просто ответь мне, где вы скрываетесь, ответь и все мучения закончится. Я помолюсь и Бог простит, ты станешь жить как все, — говорил главный, подходя к нему.
Израненный улыбнулся, а затем плюнул кровью ему под ноги. Вито вжался в стену, он молил Бога и всех святых которых знал, лишь бы его не заметили. Главному не понравилось такое обращение с собой и в лицо мужчины полетел увесистый удар кулаком.
— Откройте ему рот, раз он не хочет говорить, значит язык ему ни к чему.
Стоявшие поодаль люди, подошли и схватив несчастного за лицо, нажали на скулы, рот открылся, а главный подошел ближе и приготовил нож.
