– Да! Двадцатилетний Рагдай, назначенный тысяцким через год после зачисления в дружину! Близкий дружок Калокира, обласканный князем так, как никто ещё не был обласкан им! Дурачок Рагдай, лично получавший от Святослава деньги, лучших коней, красивейших девок и высочайшие почести! Он вдруг тоже стал врагом Святослава? Невероятно! А если это не так, тогда почему он сопровождает тебя?
– Потому, что я для него дороже всех почестей, девок, золота и коней, которые есть на свете, – дала ответ египтянка. Лицо Светозары вытянулось. Теперь её изумление было искренним. Но Роксане этого было мало. Она прибавила, сделав хитрый кошачий взгляд:
– А он для меня – дороже, чем Святослав!
– Да ты просто дура! – в бешенстве затопала пятками Светозара, выслушав тут же последовавший рассказ Роксаны о том, каким образом между ней и Рагдаем установились столь тёплые отношения, – Святослав ещё сильнее, чем прежде, сходит с ума от любви к тебе, а ты, тварь, на глазах у всех раздвигаешь ноги перед каким-то прохвостом? Что, если князь об этом узнает? Тогда уж точно всё рухнет!
– Всё давно рухнуло, – тихо вымолвила Роксана, уже измучившись очевидной странностью этого разговора, который грозил тянуться до бесконечности, так как шёл по узкому кругу. Её вдруг начало лихорадить от поведения Светозары, которая пропускала мимо ушей всё то, что ей неугодно было услышать или понять. «Уж не собирается ли она везти меня в Киев силой?» – мелькнуло в уме Роксаны, – «с ней надо быть осторожнее!»
– Брось дурить, красотка моя, – снова изменила тон Светозара, плюхнувшись на скамейку рядом с Роксаной и нежно её обняв, – ты уже сполна отомстила князю! Он будет ползать перед тобой на коленях, если вернёшься к нему. Да и разве есть у тебя иная дорога? Куда пойдёшь ты, если не к Святославу? В публичные девки, что ли? Или в воровки?
– Я мастерица в обоих этих делах, – сказала Роксана, пожав плечами.
– И что же? Они тебе больше по сердцу, чем объятия Святослава?
– Я этого не сказала.
– Как, в таком случае, следует тебя понимать?
Роксана ответила, ласково тронув пальцем вздёрнутый нос боярыни:
– Ты – лиса, Светозара! Маленькая плутовка. То, что ты мне сказала, поколебало меня в моей непреклонности. Я должна немножко подумать. Хотя бы несколько дней.
– Не слишком ли долгий срок? – холодно спросила боярыня, уже с явной лисьей угрозой прищуривая глаза на Роксану. Та рассмеялась, щёлкнула Светозару по лбу и повторила:
– Несколько дней!
Ласковый щелчок привёл Светозару в некоторую растерянность – не совсем как удар дубиной, но как возможность этот удар получить. Сменив гнев на трепет, она воскликнула:
– Ах, Роксана! Каждый час дорог!
– А почему?
– Потому, что князь может в любой момент отправить своего сына вместе с Малушей в Новгород!
– Ну, и что?
– А то, что Малуша уже давно грозится кое-что сделать, став госпожою в Новгороде!
– И что же намеревается она сделать?
Поколебавшись, боярыня Светозара тихо сказала:
– Если Малуша станет в Новгороде хозяйкой, она прикажет меня наказать кнутом! Все сразу же встанут на её сторону, потому что я, как ты знаешь, здесь обеспечиваю порядок, и многим это не нравится.
– Наказать кнутом?
– Да, посреди площади! Там на козлах порют кнутом воровок, а также баб, которые занимаются пакостным колдовством. Мне передавали эту её угрозу. Если она дорвётся до власти – ты представляешь, что меня тогда ждёт?
– Очень хорошо представляю! Думаю, что весь Новгород прибежит на это глядеть. А ты, стало быть, этого не хочешь?
– А ты хотела бы, чтоб с тобой такое проделали?
– Ты ответь-ка на мой вопрос! Я, кажется, госпожа твоя.
Светозара долго глядела в глаза Роксаны, пытаясь определить, что стоит за их ледяным спокойствием. Наконец, ответила:
– Не хочу.
– Прекрасно! Я тоже пока ещё не хочу, чтобы новгородцы увидели, как тебя на козлах стегают по голой заднице. Но знай, сука: ежели ты ещё раз позволишь себе назвать меня дурой, или посмеешь перечить мне, или попытаешься что-нибудь со мной сотворить без моего ведома и согласия – я немедленно захочу того, чего ты не хочешь. Больше скажу – я это тебе устрою, дрянь! Будешь у меня публично реветь и выть под кнутом. Тебе всё понятно?
– Да, всё понятно, – чуть слышно молвила Светозара, отводя взгляд.
– Ну, вот и чудесно, душа моя! Дай-ка я тебя поцелую.
Позволив это Роксане, боярыня тоже чмокнула её в щёчку. Через минуту, которую две красавицы провели в молчании, улыбаясь и пожимая ручки одна другой, снаружи донёсся чудовищно сильный грохот. Это был стук в ворота, вслед за которым раздался крик человек пяти:
– Отворяй! А ну, отворяй!
– Что-то очень громко, – заметила Светозара, и, наклонившись, достала из-под скамейки длинный кинжал. Затем она поднялась и сделала шаг к окну с видом на ворота. Роксана, также вскочив, приблизилась к ней. И стали они глядеть.
