Время терять не стал, пока освобожденная мной девушка – вблизи рассмотрел, что ей не больше двадцати пяти-тридцати лет, женщиной уже не поворачивается язык ее называть, – на пятую точку свалилась и недоуменно на меня пялилась, я к Мышу подступился. Тот кровушкой из расплющенного носа прилично так фонтанировал, так что я боялся, что он нужные мне вещи ею зальет.
Первым делом от сбруи его избавил – фастексы, один, другой, третий, из какого-то более жесткого пластика, чем я привык, с трудом пальцами сдавил, замки разомкнул. Поясной ремень, чтоб с ним не возиться, ножом в нескольких местах разрезал, после чего разгрузку с Мыша легко стащил. Что на ней навешано, потом разбираться буду, главное «Дикарь» теперь у меня. Но и от выроненной Мышем винтовки отказываться не собирался – подхватил ее с земли и на плечо себе повесил. Больше брать ничего не стал, как и обыскивать его, побрезговал.
Перевел взгляд на освобожденную, что продолжала перед собой тупо смотреть, снова на Мыша, но быстро отвел от него взгляд и принялся по сторонам осматриваться. Настраивался я не долго, понимал, что сделать это я должен. Сбросил на землю сбрую, сверху положил винтовку, достал из ножен нож и к Мышу направился.
Нож в глазницу невероятно легко проскочил, стоило мне на него немного надавить. Мышь, до этого тихо лежавший, выгнулся дугой, но тут же опал, уже бездыханный, только мелкие судороги по телу прошли.
Этот момент мне потом не раз будет сниться. Вроде и на трупы насмотрелся, сейчас внимания на них почти не обращаю, фоном идут, и убивать приходилось… Ножом живых людей еще не резал!
– Попробовал, называется! – вытер губы, в этот раз всё же вывернуло, не сумел содержимое желудка в себе удержать.
Как ни противно на душе, но страдать фигней было некогда. Не удивлюсь если в этот район сейчас твари по матёрей простых пустышей на шум недавнего боя подтягивается. Так что нужно было срочно уходить с открытой местности, отсидеться где-нибудь в более подходящем месте. Ну и, если честно, хотелось убраться от этого собственноручно организованного трупа подальше, чтоб больше не смотреть на его одноглазую окровавленную морду.
Скривился от отвращения, выдернул из глаза Мыша нож, повторно скривился и поспешил его об одежду трупака вытереть, прежде чем в ножны отправить. Вертя головой во все стороны, вытащил из рюкзака флягу с живцом, полил на руку и умылся, потом напился, предварительно рот прополоскав, и только после всех этих процедур снова на обузу посмотрел.
У спасенной мной девушки проблеска сознания в глазах так и не появилось. Сидит покачивается, из глаз слезы льются, но ни на что не реагирует. Боялся, что она с ума сошла, потому мысленно обузой ее и назвал.
Не убирая живец, достал флягу с наркотой – если иммунная, то она ей требуется, – присел рядом с ней и попытался напоить.
– Стой, стой, стой! – как кукла, вначале не сопротивляясь, нехотя глоток сделала, половину на грудь себе пролив, а потом ожила, так вцепилась, что флягу из ее рук еле вырвал. – Нельзя много! На, живца… воды попей.
Предварительно обмыв горлышко, отдал резко пришедшей в себя девушке флягу с «живой» водой, убрав в рюкзак с наркотой. Девушка действительно пришла в себя: флягу с водой взяла, но пить не спешила, подобралась вся, готовая снова отпор давать, только пока не могла сообразить – кому. Головой испуганно завертела, пока на Мыша взглядом не наткнулась и тут же, ладонью рот прикрыв, прикусила ее, чтобы не закричать, наверное.
– А? – попыталась она что-то сказать.
– Потом! Всё потом! – прервал я ее. – Пей воду и дергаем отсюда! А то нас тут сожрут скоро.
Как же, услышала она меня.
– Что с ним? – с трудом оторвала она взгляд от Мыша, перевела его на меня.
– Умер он, – озвучил я очевидное, в очередной раз скривившись.
Лет до тридцати ей, как и думал, вряд ли больше. Это хорошо видно, несмотря на ее потрепанный в данный момент вид. Да и грудь торчком стоит, не обвисшая, видно, что не силиконовая подделка, натур продукт, не успевший потерять товарный вид.
Увидев куда я пялюсь она руку от рта убрала и быстро ею грудь прикрыла, а я чертыхнулся про себя, нашел время залипать.
– Уходить отсюда надо, – повторил ранее сказанное.
– Ты кто такой?
– Нафаня я, – уже со вздохом ответил, совсем меня не слушает.
– А?
– Имя моё такое. Нафаня!
Давно решился именно так себя назвать, раз старые Земные имена здесь не в ходу. А Нафаня – привык я к нему, так что пусть будет, раз есть возможность самому себе имя выбрать, а то обзовут еще непонятно кем.
Ответил в последний раз, решил заканчивать с болтологией. Больше не обращая на дамочку внимания, закинул рюкзак за спину и принялся трофеи собирать, а то действительно сидя тут тварей дождемся. Так что, как только подобрал сбрую с «Дикарем» и винтовку Мыша, без разговоров направился на выход из этого двора. Если не ошибаюсь, то в том направлении должна центральная улица находиться. Мне именно туда и нужно.
