Завел их за угол дома и, войдя в ускорение, сначала снова на центральную улицу вернулся, и только потом уже переместился «прыжком» к Лене.
– И-и-а! – пусть приглушенно, из-за прикушенной руки, но всё же достаточно громко взвизгнула она, как только я рядом из «прыжка» вышел.
– Тихо ты! Иа, блин, – зашипел я на нее, оглядываясь назад, не засекли ли нас модницы?
Не засекли, обратно вроде не топают, значит не поняли куда я делся и Лену не услышали.
– Так как… так?
– Вот как-то так! – Не до объяснений сейчас. Убедившись, что на ее визг никто не навелся, скомандовал ей: – Бегом в магазин!
И, подавая пример, подхватил ранее оставленные здесь теперь уже свои вещи, первый рванул к бутику. В этот раз не входя в ускорение, чтоб Лена не отстала. Но, мне кажется, даже ускорься я, она от меня не отстанет – быстро меня нагнала и даже в руку вцепилась. А я протестовать не стал, было понятно, схватила – фиг теперь отпустит. Так что в магазин мы под ручку входили.
Впрочем, это оказалась не проблема, стоило нам внутрь попасть, а мне, в который уже раз, на ее неприкрытую грудь посмотреть, так она и руку мою отпустила, и рассерженно зашипела:
– Не пялься!
Приходит в себя, уже более внятно слова проговаривает. И как бы не живец ей оклематься помог, так как с флягой моей она так и не рассталась, иногда, во время остановок, к ней прикладывается. Видимо в тему заряженная водичка пришлась, раз после всего пережитого в плену, а потом еще и контузии, она так быстро оклемалась.
Чему я очень рад! До сих пор неприятно вспоминать тот ее пустой взгляд.
– Ты, чем шипеть, лучше пойди и переоденься! Я тебе для этого целый магазин подогнал.
Настроение после того, как Мыша прирезал, стало ощутимо улучшаться. Всё же приятно с человеком вот так просто общаться, пусть это полноценным общением и не назовешь. Но всё же не с ненавистью рычать друг на друга, как мне в последнее время в основном приходилось. Оказывается, не хватало мне этого, простого человеческого общения. Так что может моё решение было ошибочным, к людям не выходить? Побродил бы так, в одиночестве, да и сам бы не заметил, как с ума сошел, принялся бы с симпатичными зомбачками сожительствовать.
– Слушай, а ты кто, а? Ты знаешь, что вообще происходит? – пока я мысленно в себя ушел, Лена и не думала никуда уходить, прикрыв грудь рукой, непонятным взглядом на меня смотрела. – Это же ты того убил?
Теперь понятен стал ее взгляд! То ли бояться меня, то ли восхищаться, сама еще не определилась.
– Стоп! – прекратил я этот словесный потоп. – Разговаривать мы будем, когда в безопасном месте окажемся. На все вопросы твои отвечу, честно, сейчас же сидим тихо и стараемся не привлекать к себе внимания. Поверь, – надавил на нее, видя, что она не собирается отступаться, – этого внимания мы можем просто не пережить. Тут такие твари бегают, что… Просто поверь!
Похоже поверила! Вопросы задавать прекратила, но вот что глаза у нее подозрительно заблестели от с трудом сдерживаемых слез, это не хорошо.
– Нормально всё будет! – постарался ее успокоить. – Тут недалеко еще одна группа – мужчины-женщины – прячутся, вот до них доберемся, я на все твои вопросы отвечу. Ну и потом, я знаю где нормальные люди здесь обитают, вот туда и пойдем. По слухам, вроде как там вполне безопасно жить можно, так как целый город высокой стеной от внешнего мира защищен.
Успокоил называется.
– Что за люди? – слезы, как по волшебству испарились, глаза теперь уже любопытства заблестели.
– Тихо! – прошипел я, краем глаза заметив движение на улице.
Лена их тоже заметила, судя по тому, как привычно руку прикусила, заметил за ней, когда волнуется, этот жест у нее непроизвольно выходит.
Хорошо, что в бутике вдоль окон манекены стоят, нас за ними трудно увидеть, но лучше вообще возле них не мелькать.
– Это кто? – прорезался голос у Лены, стоило тварям с глаз скрыться.
– Лотерейщики, если не ошибаюсь, – после встречи с «не бегуном» я уже совсем не уверен в своей оценке тварей. – Иди переодевайся, я пока дверь чем-нибудь зафиксирую.
Лена в этот раз спорить не стала, хоть и ушла недалеко, постоянно меня в поле зрения держала, когда вещи принялась себе подбирать. Я же, осмотревшись, долго голову ломать не стал, снял с ближайшей вешалки подходящей длины платья и, освободив от тремпелей, ими дверные ручки между собой связал. Пойдет и так. Во всяком случае неожиданно теперь к нам никто не завалится.
