Руки из-за закатанных рукавов было отлично видно, как и удивление в янтарных глазах. Симпатяга, конечно, но зачем мне симпатяга, который даже не думает о сохранности моих нервов?
— О чем ты, Лер?
— Почему я должна приходить в пустой дом и гадать, где ты?
Он хмыкнул, сложив руки на груди.
— Мне нужно из-за каждого действия отчитываться?
Его поза взбесила меня окончательно, и я, швырнув вилку в тарелку, встала, чтобы подойти к нему.
— Знаешь, было бы неплохо! Если ты ведешь себя как ребенок, да. Отчитывайся за каждое действие.
Глаза его опасно сузились, он сам сделал разделяющие нас шаги так, что теперь стоял почти вплотную, заставляя меня задирать голову. Отступить? Хотя бы на шаг? Ни за что!
— И в какой же момент я стал вести себя как ребенок? — голос его вдруг стал вкрадчивым, почти мурчащим, а пальцами он отвел прядь с моих глаз.
— В тот момент, когда ушел, не предупредив. Когда не запер дверь… Я помню, что ты вылез из пещеры, но о своих сокровищах ты позаботился, дверь прикрыл. А о моем жилье ты подумал?
Я ткнула его пальцем в грудь, но он перехватил меня за запястье и отвел руку.
— Как я могу тебе сказать, где я был, если ты не поймешь? Ты даже не увидела охранные руны на двери. Никто бы кроме нас сюда не зашел.
— Да плевать я хотела на твои руны и твою якобы магию. Есть ключ. Это понятно. Дверь заперта — проход закрыт, отперта — заходи кто хочешь, бери что хочешь. Я твои только что выдуманные руны не вижу. Я вижу отпертую дверь. Это тебе не хостел! Захотел, пришел, поспал, не захотел — гуляй где хочешь!
Глаза нага блеснули.
Он выпустил мою руку и потянулся к подбородку, приподнимая мою голову, и тихо произнес:
— Ты считаешь, я тебе вру?
— Грабли свои убери, — также тихо, но зло повторила я, скидывая его руку. — Хочешь жить в свое удовольствие, не считаясь ни с чем — вещи в зубы и ползи, куда глаза глядят.
Наг вдруг жестко усмехнулся.
— Что же. Это были твои слова…
Он сделал шаг назад, и я только сейчас поняла, насколько мы близко стояли. Почти вплотную…
— Пошел собирать?... — только успела я произнести, как меня, будто мешок с картошкой, забросили на плечо и куда-то поволокли. — Сумасшедший, пусти!
Я хлопнула его по спине — он меня… по попе. Я попробовала приподняться, но парень подкинул меня. Я ахнула, вцепившись в его плечи, а он довольно хмыкнул.
Шли мы недолго, но острым и широким плечом, я почти продырявила себе живот.
Щелкнул свет в ванной. Еще пара шагов, и он опустил меня внутри душевой кабинки.
Усмехнулся и потянулся к крану, переключая режим…
— Ты не посмеешь! — успела выдохнуть я, и ледяные струи тут же полились сверху.
Недолго думая, я рванула нага к себе за рубашку, отчего пуговицы не выдержали и разлетелись.
Уже минус две рубашки, едва зафиксировал мозг, а Рыжик и не пытаясь вырваться, сделал шаг ко мне, прижимая к стеклянной перегородке… возвышаясь. Не отводя глаз.
Сколько мы так простояли?
В какой-то момент холодная вода сменилась теплой, а моя злость — на замешательство.
— Я не знал, что так задержусь. Прости, — произнес наг, когда молчание слишком уж затянулось, а я хотела сказать какую-то глупость и отстраниться. — Хотел сделать сюрприз — охранный амулет, который сможет защитить тебя, если ситуация с охотниками повторится.
Я ничего не ответила, скользя взглядом по его чуть загоревшей коже, на которой начали появляться веснушки. И так по-глупому захотелось их коснуться…
Но, да. Пресловутые рамки приличия, которые кто-то нарушает, обнимая меня за талию… и когда успел?
— А сразу ты сказать не мог? — удивительно, но голос даже не прозвучал ворчливо. Просто вопрос. Просто из любопытства.
И наг улыбнулся. Задорно. По-мальчишески:
— Я тоже могу ошибаться. За это тоже прости.
Как тут ответить? Кивнула, понимая, что злость и правда ушла. Да потом, уже после того, как мы выйдем, высушимся, может, даже поужинаем, я напомню ему о необходимости пользоваться ключом. Хотя бы для моего спокойствия. А пока…
— Тебе не кажется, что пора выходить?
В немного вытянутых зрачках и приподнятых уголках губ, я видела ответ. И он мне… нравился? Или все же нет?
— Дайнар, — голос отчего-то прозвучал хрипло, когда я назвала его непривычным именем, — выйди, пожалуйста. Я хочу помыться и снять с себя всю мокрую одежду.
Он машинально скользнул взглядом вниз, по офисной блузке и юбке, которые я не успела поменять на домашнее, и улыбнулся.
— Все что захочешь, Лер-ра…
Несмотря на теплые капли, падающие сверху, по спине, особенно в районе поясницы пробежали мурашки… Да и в целом организм вдруг напомнил, что ему уже не восемнадцать. Сердце вдруг забилось быстро-быстро — наверное, тахикардия. И еще это странное чувство внизу живота… — это, наверное, голод. Точно он.
— Дайнар…
— Лер-ра? — он убрал прядь волос от лица и, будто случайно, провел пальцем по скулам, спускаясь ниже и не отводя от меня своих колдовских янтарных глаз.
— Тебе пора, — хрипло произнесла я, останавливая все это безобразие.
Он улыбнулся, но теперь иначе — понимающе. Будто он что-то знал обо мне, чего не хотела знать я.