— Не стоит… — Панси и сама никак не могла понять, какой пикси дёрнул её за язык, ведь, в сущности, ни до кого из этих людей ей не должно было быть никакого дела. Но, только очутившись в этой находившейся у чёрта на куличках крепости, среди людей из давно ушедшего и не совсем радужного прошлого, женщина поняла… насколько же заледенела её душа за долгие годы сражения с окружающим враждебным миром. Бывший декан, хоть и оказавшийся в последствии шпионом их врагов, но всё же всегда яростно защищавший и опекавший своих «змеек». Грейнджер — бывший враг… Ведьма печально усмехнулась: «Какой, к Мордреду, враг? Школьный стереотип, навязанный родителями. Эх, если бы все встреченные мною в жизни противники были настолько благородны. Даже язык не поворачивается назвать её «грязнокровкой». Женщина, выжившая и не сломавшаяся в этом аду, может вызывать только уважение». Малфой… Панси с высоты своего приобретённого за нелёгкую жизнь опыта вспомнила, как ненавидела этого красавчика когда-то… после суда и высылки из Британии. За то, что он и его семья вышли сухими из воды, а её отец погиб. За то, что его мать не сломалась, сунув голову в петлю и оставив на произвол судьбы двоих детей. За то, что у него были жена и сын, а у неё… у неё был только Фрэнк Смит, на деле оказавшийся лишь лучшим вербовщиком Ассоциации, двадцать лет назад, словно товар, продавшим жену своим хозяевам. Когда-то ненависть к этим двоим и любовь к маленькому брату помогли ей выжить и не сломаться. И лишь спустя много лет ведьма сумела понять, что не испытывает зла по отношению к своей первой любви — Драко Малфою. Они просто оба попали в мясорубку гражданской войны, в которую их втянули родители, получили сполна, и винить в этом было некого.
— Мисс Паркинсон?
Панси очнулась от своих размышлений, подняв глаза на застывших в дверях супругов, и упрямо поджала губы. Пусть её решение было импульсивным и основанным лишь на интуиции, но она слишком устала в одиночку бороться против этого мира. Быть может, помощь, оказанная ею в проведении ритуала, позволила бы ей и Алексу войти в их тесный круг? Стать своими? Ведь ведьма точно знала: эти двое своих не бросают.
— Если я соглашусь принять участие в этом ритуале, вы гарантируете защиту моему брату и мне?
— Вам уже приходилось принимать участие в «Разрыве»?
— Да, и не раз.
— Боюсь, разыскать вашего брата нам удастся не ранее, чем через два дня…
— О, не волнуйтесь: как только ему станет известно о решении Ассоциации — а это произойдёт в ближайший час — Алекс немедленно исчезнет из Бостона и со всей возможной скоростью направится к «Адову Пламени». Думаю, через сутки, максимум — полтора он будет здесь.
— Он тоже эксперт?
— Да, по Магическим Источникам, — Панси прямо взглянула в глаза бывшему профессору. — Каков будет ваш ответ… лорд Принц?
— Хорошо. Поклянётесь ли вы своей Магией, что ваш брат не причинит вреда крепости и её обитателям?
— Клянусь, — ведьма активировала стандартное заклинание.
— Ну, что ж, добро пожаловать в «Адово Пламя», мисс Паркинсон. Отдыхайте, у вас есть ещё несколько часов на сон. Подготовка ритуала, как вы знаете, может занять некоторое время.
— Просто Смит будет достаточно. Кстати, я хотела бы выразить своё восхищение тому, кто меня… нейтрализовал. Одним ударом вырубить опытного бойца, к тому же только что принявшего стимулятор — это серьёзный показатель…
Бывшая шпионка хотела добавить ещё что-то одобрительно-благородное, но её остановил грубый, насмешливый голос, раздавшийся со стороны двери в лазарет:
— Всю жизнь мечтал получить комплимент от пигалицы, — застывший в дверном проёме громила с испещрённым шрамами лицом мог бы напугать кого угодно, но Панси видела в своей жизни людей и пострашнее. К тому же, хорошо чувствующая опасность интуиция нашёптывала ведьме, что выглядевший, словно ночной кошмар, мужчина не представляет для неё физической угрозы.
— Х-ха! Уж не мистера ли «Ублюдка» я имею честь лицезреть?
— У-у, моя слава идёт впереди меня? И что же говорят в вашем вылизанном Бостоне о моей персоне? — пересечённый шрамом рот здоровенного колдуна скривился в издевательской усмешке. Басти, загрустивший после отъезда своего извечного противника по словесным баталиям Джорджа Уизли, оживал буквально на глазах.
— О, ничего особенного. Лишь то, что в Мерлином забытой дыре под названием «Адово пламя» есть бешеный мамонт с одной извилиной, да и то крепко контуженной в боях, и пудовыми кулаками, — Панси с огромным удовольствием включилась в перепалку, чувствуя просто физическое облегчение от возможности выпустить пар, отведя душу за весь этот грёбаный день, начавшийся с такого провала, и схлестнуться ядовитым языком с достойным противником. Кто мог скрываться за этим непрезентабельным прозвищем, она не знала, да и, честно сказать, знать не желала. Главным было не имя собеседника, а сам процесс «общения».
— Ого! Какие дифирамбы от чернявой мелочи ростом от горшка два вершка. Деточка, а ты часом не заблудилась? Так дядя Басти тебя проводит до международного камина, бантиком перевяжет и отправит в любимый Бостон…
